— У нас в семье не особенно ценят вашего Темного лорда, — елейно улыбнулась Вальбурга Блэк.
Северус устало кивнул. Спустя минут пятнадцать состав Визенгамота вернулся. Приговор был достаточно мягок. Лишение права на получение лицензии в течение года — тут его заемщики выступали смягчающим обстоятельством. Штраф за варку запрещенных зелий, выступает в качестве замены Азкабана, — девять тысяч галлеонов. Триста галлеонов — издержки суда. Плюс он должен разделить выплаты по моральному ущербу семьям пострадавших — по пять процентов с каждого штрафа.
В полнейшей тишине Северус прочел клятву должника семье Блэк, Сириус в ответ поклялся не превышать полномочия, и они все вместе вышли из зала суда.
— В Гринготс, — приказала Вальбурга. — Разделаемся со всем сразу. Мистер Снейп. Я вышлю вам книги… Вы не должны учиться по ним магии, это запрещено. Но вы должны понять принцип работы Магии Крови. На зимних каникулах приедете к нам вместе с Сириусом и Лилиан. Осмотрите лабораторию, я удостоверюсь, что вы хорошо понимаете нужный нам раздел магии.
Северус пораженно кивнул. Вальбурга шла быстро, совсем по-мужски. Ей не мешала даже длинная юбка и узкий корсаж платья. Перед ней почтительно разбегались мелкие министерские сошки, а некоторые еще и кланялись. Северус косился на женщину с долей испуга. Он и раньше понимал, что титул Сириуса не делает его настоящим главой семьи, а теперь, глядя на его мать, Снейп в этом окончательно убедился. Он даже испытывал легкий страх: кажется, с этой леди лучше не спорить.
Сириус вернулся в Хогвартс с букетом. Пять крупных распустившихся роз молочно-белого цвета. Зашел в спальню и усмехнулся. Думал, Лили будет читать, или вовсе — помчится по делам старосты. А она спит. Из-под одеял торчал только кончик носа и рыжая прядь волос. На тумбочке стоял пузырек от зелья сна без сновидений. Сириус наколдовал воды в аляповатую вазу и пристроил розы на прикроватной тумбе. Лили любит розы, а вот своих цветочных тезок недолюбливает.
На кровать наложил купол с чарами тепла. Нужно уже рассказать Лили, как они получаются столь долговечными. Сириус мухлюет. Привязывает подпитку заклинания к магическому фону Хогвартса. Когда рассеянная в воздухе магия заканчивается, заклинание лопается. Купол держится часов семь-восемь, потом нужно пару часов, чтобы выровнялся магический фон.
Распутал одеяла — из-за снотворного Лили лишь недовольно пробормотала что-то сквозь сон, да выпрямилась во весь рост. Сириус убрал волосы со лба, с улыбкой разглядывая ее. Все же она очень красива. Черты лица, быть может, не слишком аристократичны, но невозможно не залюбоваться ею. Впервые за все это время Сириус даже почувствовал радость от того, что все сложилось именно так: что Джеймс так старательно оберегал Новую Кровь для себя, что Лили оказалась влюблена в Сириус, что Поттер уговорил друга жениться… даже Катрин Томпсон, раздражающая девчонка, стала не такой уж раздражающей.
Сириус почувствовал, будто его невидимым канатом потянуло к Лили. Ощущение длилось меньше минуты, а потом пропало, оставив после себя ощущение радости. Привязка. Сириус думал, придется проводить ритуал, чтобы сменить эмоциональную привязанность. А все получилось само. Не только любовь и дружба способны сменить якорь. Достаточно и желания заботиться и защищать. Сириус легко поцеловал спящую Лили в лоб и вышел из комнаты. Раз уж она все равно спит, то стоит заняться чем-то более полезным.
Поэтому Сириус направился в гостиную Гриффиндора. Джеймс, Ремус и Питер обнаружились у камина. Ремус делал домашку, Джеймс читал, закинув ноги на соседнее кресло, а Питер, хмуря брови, чертил что-то на астрономической карте.
— Привет мародерам! — весело обратился к друзьям Сириус, плюхаясь в последнее свободное кресло.
— Почему без Лили? — Джеймс отшвырнул книгу на стол, а сам встал, потягиваясь.
— Спит. Мама сказала, что готова встретиться с тобой завтра, в гостинице «У Дороги», номер 34.
Джеймс пораженно уставился на друга:
— Ты серьезно? Это ведь то, о чем я думаю? Правда? Офигеть!
