- Давай, давай, - эльфийка воровато глянула в сторону, словно проверяя смежную ком-нату, а потом схватилась за один из графинов. Зазвенело бесценное стекло, в свежесть воздуха вплелась струйка запаха горьковато-острой настойки полыни, сильно уважаемой моим братом. Плеснув себе в фужер темную жидкость, Лори оглянулась и снова сердито кивнула мне, всем своим видом показывая, как мечтает выставить на улицу: - У тебя еще тридцать секунд.
- Мне бы испить, - прошепелявила я, и девушка, не донеся до рта бокал, окатила меня ненавидящим взором. По традициям, очень чтимым в эльфийской диаспоре, если уж гостя не успели пришить на подходах к родовому древу-дому, то уж в воде и хлебе не отказывали.
- Пользуешься случаем, парень? - пробормотала она и, аккуратно отставив бокал, плес-нула толику настойки полыни во второй.
- Водицы, - добавила я, внутренне сжимаясь от волнения. Влажные пальцы, спрятанные в карман мальчиковых порток, стиснули пузырек с сывороткой правды.
- Может, тебе еще и пожрать принести? - процедила эльфийка злобно.
Уничижительный взор заставил поежиться от предчувствия, что вместо водицы негосте-приимная хозяйка угостит меня хорошей порцией яда. Лори двигалась воистину чудаковато, никогда мне не бросалось в глаза, что она при ходьбе она по-мужски качала плечами, а острые уши огромны и лопоухи. Она вышла, что, собственно, от нее и требовалось.
В три прыжка я оказалась рядом с баром и трясущейся рукой выплеснула в оба бокала по приличной порции сыворотки правды, а остатки вылила по чуть-чуть в каждый из графинов. Мне потребовалось всего несколько секунд, но и Лори, похоже, сильно торопилась. Может, боялась, что пузатенький наглый гоблин, хитростью проникший в дом, сворует коллекцию бесценных часов, собранных дядькой за долгую жизнь?
- К двери! - рявкнула девушка, пихнув мне глиняный стакан с водой, и я немедленно попятилась.
- И так, милый карлик, - Лори опрокинула в себя настойку, приправленную сывороткой правды, и занюхала рукавом шелкового халатика, заставив меня изумленно изогнуть изумрудные брови, - что ты хочешь рассказать мне? Говори и вали отсюда! - она свирепо зыкнула в мою сторону.
Действие сыворотки мне представлялось весьма смутно. Помнится, в детстве, решив отомстить за какую-то мелкую обиду, я своровала пузырек из отцовского сейфа и подлила в чай к пятнадцатилетнему Богдану. В результате, со счастливой улыбкой болвана прямо на се-мейном ужине, куда пригласили всю Великую Инквизицию в лице четырех тетушек-сплетниц, старший брат 'искренне' признался, что втихомолку курит. Да, скандал тогда вышел отмен-ный, Богдан до сих пор даже не косился в сторону разноцветных табачных коробок.
- Я знаю, что проданный с Мирового аукциона браслет - подделка, - заявила я, ожидая фонтан возмущения, но Лори нисколько не смутилась, только удовлетворенно кивнула голо-вой.
- Ага, я тоже, - не особенно стесняясь, она выхлебала второй фужер настойки и шмыг-нула носом. Я удивлялась странным поведением девушки все больше, как будто передо мной стояла не воспитанная презрительная Лори, а выскочившая из леса дикарка.
- Как же чешется, - протянула та, ни капли не захмелевшая от дозы крепчайшей на-стойки, от которой меня бы уже свалило замертво, и некрасиво почесала затылок. Длинные белые волосы перекосило, открывая аккуратно выбритый висок с рыжеватой щетинкой.
Наверное, сильнее меня не изумляли за всю жизнь! Я резко втянула в себя воздух и по-перхнулась собственной слюной. От удушающего кашля легкие разрывались, и порядком рас-плескавшийся стакан воды, намертво зажатый в руке, пришелся очень вовремя. Я лихорадочно глотала жидкость, а Лори, между тем, стянула с почти лысой головы парик и пояснила, махнув накладной шевелюрой:
- Голова уже вспотела!
Вода пошла не в то горло, у меня даже глаза вылезли из орбит. Мне казалось, что прямо сейчас я отброшу концы и свалюсь удушенным покойником посреди дорогущего ковра в виде летнего газона, а в лекарской экспертизе потом напишут в графе 'причина смерти': 'Изумле-ние'.
- Не торопись, парень! - Лори по-дружески хлопнула меня между лопаток, и из моей груди вылетел страшный звук, похожий на вопль умирающего вепря.
- Я не парень, - вырывалось через хрип, - и даже не гоблин. Я девица!
- Действительно? - эльфийка заинтересовано изогнула одну бровь, будто примеряя на меня девичью маску. - Ну, а я парень. Прикинь? Хуже могут быть только заячьи ушки.
- Или ангельские крылышки, - просипела я и замерла, холодея от пришедшей на ум мысли.
Осознание подступало медленно, заставляя лицо вытягиваться. Мы смотрели с парнем, превратившимся в Лори, друг на друга и боялись пошевелиться. Меня как будто к земле при-гвоздили, уж очень сложно, оказалось, приноровиться к действительности.
- В настойке была сыворотка правды? - сухо уточнил двойник эльфийки.
Молчать, молчать! Не сметь открывать рот!
- Да, - все-таки отозвалась я, игнорируя приказ совершенно ясного рассудка, как будто рот зажил собственным разумением. - В воде тоже?
- Лошадиная доза, - согласно кивнул противник.
