– Завтра, в семь утра. Постарайся не опоздать на самое важное в твоей жизни свидание, иначе оно станет последним, – растянул тот губы в сладкой улыбке. – Удачи, птенчик.
Коммуникатор потух. Улыбка мага тоже. В следующее мгновение под его пристальным взглядом аппарат стал гнуться и ломаться. Посыпались мелкие осколки зеркала. Свернутый комок металла шлепнулся нам под ноги.
– Вот и все, – произнес Златоцвет и кивнул в мою сторону: – Выруби ее, чтобы не чирикала.
В следующую секунду горячие пальцы аггела сжались на моем горле. От резкой боли перекрыло дыхание, а потом стало темно и уютно.
Спасибо тебе, Господи, что ты позволил мне умереть раньше, чем кто-то пострадал…
…Меня нещадно били по щекам, пытаясь привести в чувство, но веки казались очень тяжелыми, а глаза никак не хотели открываться. Перед взглядом все расплывалось, лицо аггела, склонившегося надо мной, превратилось в мутное красное пятно.
Глухо застонав, я схватилась за голову и села. Оказалось, что меня притащили в темную клеть, видимо, под крышей какого-то особняка, и бросили на подстилку из грязных тряпок, как собаку.
Напротив, на шатком стуле со спинкой, широко расставив ноги, развалился аггел с кожаной повязкой на лице и буравил меня злобным взглядом единственного желтого глаза. Длинный гладкий хвост, как метроном, щелкал по грязному деревянному полу со щелями между плохо прилаженными досками.
Когда сознание наконец прояснилось, страх, охвативший меня еще в автокаре, нахлынул с новой силой. Я не могла допустить, чтобы завтра Ратмир пришел в старую мануфактуру. В отличие от меня, он не догадывался, что завтра там произойдет взрыв. Чтобы спасти любимого, мне оставалось только бежать. Как справиться с чистокровным аггелом, способным свернуть мне шею двумя пальцами, я понятия не имела, и решила взять хитростью.
– Мне надо в туалет, – просипела я, не узнавая собственного голоса.
Единственный желтый глаз тюремщика сузился.
– Могу даже в ведро, – поспешно отозвалась я, а когда аггел не пошевелился, жалобно всхлипнула: – Пожалуйста. Просить об этом правда унизительно…
Что ж, видимо, в вопросах чести даже аггелы-преступники становились ужасно чувствительными. Он поднялся со стула и, схватив меня за локоть, вздернул на ноги. Прикусив язык, чтобы не выругаться, я позволила вытащить себя из клети и спустить вниз по деревянной лестнице в пустой, застеленный истоптанной ковровой дорожкой, коридор. Походило на то, что меня держали на чердаке старого особнячка еще довоенных времен.
Аггел широко распахнул скрипнувшую дверь и подтолкнул меня внутрь, к медному нужнику с тонко булькающей водицей. В углу стояли швабры, а на деревянном ведре растянулась сухая половая тряпка из грубой мешковины. Вероятно, помещение использовалось прислугой.
– У тебя тридцать секунд, – хриплым голосом объявил тюремщик.
Я оглянулась через плечо и спросила:
– Так и будешь на меня глазеть?
Походило на то, что он не собирался ни выходить, ни закрывать дверь.
– Ладно, – пожала я плечами и с решительностью, которой вовсе не испытывала, начала стягивать штаны. Больше не произнеся ни одного слова, страж отвернулся, а потом и вовсе захлопнул дверь, оставив меня в полумраке остро пахнущей комнатушки.
Я немедленно схватила швабру, подождала несколько секунд и смыла воду. Прежде чем тюремщик открыл дверь, чтобы проверить меня, прошло не меньше минуты. Со всей силы я вонзила конец черенка в его живот. Раздался болезненный стон. Аггел согнулся пополам, и, не придумав ничего лучшего, я шмякнула его шваброй по гладко выбритой красной макушке. Деревянный шест разломился, а страж со странным кряканьем тюкнулся лицом в пол.
В панике я бросилась бежать, на самом деле плохо соображая, куда именно. Толкнула первую попавшуюся дверь и влетела в чужую спальню. Оказалось, что в комнате когда-то произошла кровавая расправа. Стены покрывали бурые брызги, скомканные простыни на королевских размеров кровати были черными от засохшей крови. Схватив стул, я швырнула его в окно. Со звоном посыпались стекла. В затхлое помещение ворвался поток свежего воздуха.
Я бросилась к дыре, чтобы вылезти из особняка наружу, но вдруг оказалась в другом месте.
…В книжном хранилище я шла по бесконечному проходу между деревянными шкафами. Пространство казалось глухим, шаги терялись. По полкам бежали зеленоватые волны охранного заклятия – дотронешься, и тряхнет магическим разрядом…
Неожиданно я опять оказалась в разгромленной комнате. Проклятый браслет снова затянул меня в чужое сознание. Понять бы еще чье. Тряхнув головой, попыталась вернуть ясность мыслям, но перед глазами снова мелькнули стеллажи.
– Господи, – пробормотала я, запрыгивая на подоконник, – только не сейчас! Ну, пожалуйста!
Внизу замаячила крыша пристройки, и, не сомневаясь ни секунды, я спрыгнула. Ветхая черепица лопнула под каблуками, от грохота зазвенело в ушах. Не устояв, я шлепнулась и, прокатившись пару саженей, распласталась на спине. Сверху донеслось глухое рычание. Аггел с грохотом приземлился рядом со мной.
