<p>– Ну ладно, ладно. Хорошо. Спокойной ночи.</p>– Спокойной ночи.
<p>Я погасил огонек и уже начал подремывать.</p><p>– Данил, слушай, не спишь? Хорошо, что не спишь. А ты вообще такой медальон теоретически можешь сделать?</p>– Могу. Отвали. Дай поспать.
<p>– А точно сможешь?</p><p>– Убью.</p>Было слышно, как Горыныч отцепился от стены и улетел. Вот достал, блин. Остаток ночи прошел относительно спокойно. Чуть засветло я почувствовал на себе чей-то взгляд и проснулся. В комнате никого не было, я повернулся к окну, готовясь к убийству ящерицы. Никого. Наверное, показалось. Снова лег. Уснуть не получалось. Поворочавшись в койке, я поднялся и отправился вниз. Запалил огонь в печи на кухне, все-таки магия – великая вещь в простых делах: сунул дрова, бросил маленький файрбол – и усе в порядке. Хотя немного расточительно, конечно, но маг я или не маг, в конце концов. Вышел во двор, намереваясь прогуляться до речки. Во дворе меня ждал Горыныч. У меня чуть челюсть не отпала. Горыныч мало того что не храпел, как обычно, так еще и сидел, чуть ли не как собака виляя от нетерпения хвостом. Высказаться по этому поводу я не успел, так как Горыныч рванул с места в карьер:
<p>– Данил, смотри, значит, делаем так, медальон на грудь – золотую пластину с гравировкой. Стальные цепочки крепим одну за шею, вторую пропустим за передними лапами, чтоб не свалилась. И самое главное, Данил, – в течение всей этой тирады он буквально подталкивал меня к воротам замка, – смотри, я нарисовал свой семейный герб, который будет на медальоне.</p><p>– Где?</p>– На медальоне.
<p>– Где нарисовал?</p><p>Дракон возмущенно фыркнул:</p>– Да под ноги себе посмотри!
<p>Я посмотрел. На площадке земли перед воротами был выцарапан герб. Примерно метр на два.</p><p>– Неси пергамент и перо, будешь перерисовывать, тут ни одной линии нельзя спутать.</p>Посмотрев на Горыныча, я понял одну простую вещь – не отвяжется.
<p>– Горыныч, слушай, у меня появилась отличная идея, у нас Мак отлично рисует. Так что я предоставляю его в твое полное распоряжение. А я, пожалуй пойду искупаюсь, потом почитаю насчет заклятий, которые надо будет сделать для твоего медальона.</p><p>Весь день со двора доносились крики Мака и рев Горыныча. На обед Мак не пришел, зато появился Горыныч и сказал, что Мак обедать не хочет, так как ему осталось совсем чуть-чуть. Вмешиваться в этот процесс мне не хотелось, поэтому я поднялся к себе. Спустя каких-то полчаса в комнату вошел Мак с пергаментом в руках, а за окном нарисовался Горыныч, барражирующий туда сюда вдоль стены замка. Мак протянул мне пергамент:</p>– Ваше магичество, мы закончили.
<p>Вид у него был не очень: физиономия в разводах сажи, на руках ожоги, и от него сильно несло паленым.</p><p>– Мак, а почему ты весь какой-то подпаленный? – как бы между делом, рассматривая эскиз будущей гравировки, спросил я.</p>– Да эта ящ…, – Мак осекся, заметив прислушивающегося Горыныча за окном, – ну-у, в общем, ваш дракон очень близко к сердцу принимает изобразительное искусство. И при каждом неудачном штрихе предпочитает не исправлять, а сразу уничтожать непонравившееся произведение, так сказать.
<p>Я задумчиво посмотрел за окно, похоже, сейчас меня будут заставлять заниматься изготовлением медальона. В этот момент в комнату зашел Алек.</p> 
