- Чёрт! Точно! Если я не хочу следовать за тобой в глубины ада, - улыбнулся Камидзё, - тогда мне просто надо вытащить тебя из них.
Он подумал, что понял это как раз вовремя.
Он не знал, как работает магия, но ему и не нужно было знать, как работает то, что он не мог увидеть. Например, он мог послать сообщение по электронной почте, не зная электрическую схему своего мобильника.
- ...Ха Стоит только понять это, и оказывается, что это на самом деле не такое уж большое дело.
Он знал, что ему нужно было сделать, так что теперь нужно было только попробовать это.
Даже если бы у него не получилось, всё равно это было бы намного лучше, чем ничего не сделать.
Скрученные металлические перила, светившиеся оранжевым светом, рухнули вниз и Камидзё торопливо откатился, чтобы не оказаться на их пути.
Может быть, он и решился, но всё равно, прежде чем он сможет спасти Индекс, надо было что-то сделать с этим Иннокентиусом. Настоящей проблемой были десятки тысяч рун. Но мог ли он в самом деле сорвать все эти клочки бумаги, прилепленные в здании?
- Знаете чё? Я удивлен, что пока всё это происходило, не сработала пожарная сигнализация.
Это был всего лишь небрежный комментарий, но сказав это, Тома Камидзё застыл на месте.
Пожарная сигнализация?
Вся пожарная сигнализация, установленная в здании, сработала одновременно.
- ?!
Посреди этой бури ревущих звуков, громких, как бомбежка, Стейл посмотрел на потолок.
Не задержавшись ни на секунду, находившийся там разбрызгиватель выпустил тайфун рукотворного дождя. Поскольку от прибытия пожарных были бы сплошные неприятности, Стейл составил свои приказы Иннокентиусу так, чтобы тот не вызвал срабатывания пожарных датчиков. Это означало, что пожарную тревогу включил Тома Камидзё.
Он что, думает, это погасит огонь Иннокентиуса?
- ...
Эта мысль была дурацкой до нелепости, но когда маг понял, что промокнет насквозь по такой глупой причине, он подумал, что кровеносные сосуды в его мозге вот-вот лопнут.
Стейл в раздражении уставился на красную кнопку пожарной сигнализации на стене.
Было довольно просто отключить сигнализацию, но он не мог остановить ее сам. Поскольку были летние каникулы, большинство обитателей общежития отсутствовали, но ситуация могла стать обременительной, если прибудут пожарные.
- Хм.
Стейл оглянулся по сторонам, и затем быстро подобрал Индекс, чтобы уйти. Его целью было просто вернуть Индекс, так что не было никакой причины быть застигнутым при убийстве Камидзё. Учитывая, сколько времени должно было понадобиться пожарным, чтобы добраться сюда, он мог оставить Иннокентия в режиме автоматического преследования, и этот парень получит прекрасное пламенное объятие, которое превратит его в черный уголь или белый пепел.
"Это же не значит, что лифт остановился, верно?"
Он слышал, что во время чрезвычайных ситуаций лифты останавливают. Это сильно расстроило бы Стейла. Он был на седьмом этаже. Хоть она и была девочкой, нести бессознательного человека вниз по лестнице утомительно.
Вот почему, услышав, как снизу донесся звонок вроде того, что в микроволновке, стейл сначала обрадовался.
Затем он пришел в себя.
Кто это был? Кто был в лифте?
Это был вечер дня летних каникул, и он уже проверял, чтобы убедиться, что все ученики ушли из общежития, оставив его пустым. Так кто это был, и зачем ему понадобился лифт?
Двери лифта с лязгом открылись. Звук одиночного шага на мокрый от разбрызгивателя пол эхом разнесся по коридору.
Стейл медленно обернулся.
Он понятия не имел, почему его тело пронзила дрожь.
Там стоял Тома Камидзё.
"Что? Что случилось с Иннокентиусом?
В голове Стейла беспорядочно закружились мысли. Иннокентиус был вроде сверхсовременной ракеты, загруженной в истребитель. После того, как он навелся на цель, сбежать от него было уже невозможно. Куда бы вы ни бежали, где бы ни спрятались, он использует свое трехтысячградусное пламя, чтобы проплавить себе путь через стены и другие препятствия, даже если они сделаны из стали, и продолжит преследование. Это была не та штука, от которой можно было сбежать, просто бегая вокруг здания.
И всё же он стоял здесь.
Он стоял здесь, невозмутимый, неудержимый, неуязвимый, и, что важнее всего, несомненный природный враг.
- Если подумать, руны полагается вырезать на стенах и полу, верно? - сказал Камидзё, стоя под холодным искусственным дождем. - Ты в самом деле чертовски удивительный. Честно говоря, я бы никак не победил тебя, если бы ты вырезал их ножом. Можешь хвастаться этим, сколько хочешь.
Говоря это, Тома Камидзё поднял правую руку и показал на что-то над своей головой.
Он указал на потолок... на разбрызгиватель.
- ... Ты же не хочешь сказать...! Он не мог погасить это трехтысячградусное пламя!
- Не тупи. Не пламя. Как ты мог прилепить все эти штуки там, где живут люди?
Теперь Стейл вспомнил о десятках тысяч бумажек с рунами, которые он наклеил по всему общежитию.
Бумага размокает в воде. Это знают даже в детском саду.
