Пока я разглядывала комнату своего нового товарища по команде, более всего напоминавшую комнату девочки-подростка, только намного опаснее в магическом плане, суккуб успела добраться до шкафа. Забравшись в него едва ли не по пояс, обратно она вылезла уже с двумя внушительных размеров бутылками зелёного стекла в руках.
— Начнём с вина, — заявила она.
— Начнём? — удивилась я, — мы же, вроде, собирались просто немного выпить за встречу. Обмыть, так сказать, знакомство…
— Да не боись, — отмахнулась суккуб, — я напивалась столько раз, что и не вспомню уже, сколько именно. У меня есть опыт, так что ничего страшного не случится, клык даю, гра’аш хан ду!
Я поёжилась, но отступать было поздно, так что я просто приняла бутылку — за неимением стаканов, пить собирались по-простому, из горла.
— Падай рядом, — сказала Катара, усевшись прямо на пол рядом с кроватью и похлопав ладонью по полу рядом с собой.
Я осторожно обошла все неопознанные и даже, на всякий случай, опознанные вещи, раскиданные тут и там, и пристроилась рядом. Суккуб отмахнулась от вопроса про штопор и, вырастив себе коготь на указательном пальце, ловко зацепила им пробку в моей бутылке. С громким «чпок» пробка покинула стеклянное горлышко, и по комнате сразу поплыл сильный, но очень приятный запах. Что-то сладкое, с примесью трав. По моим воспоминаниям, так мог пахнуть только глинтвейн, и я раньше времени обрадовалась — глинтвейн по природе своей не может быть очень крепким, так что сильно мы не напьёмся.
Проделав те же манипуляции со своей бутылкой, Катара выкинула обе пробки куда-то в сторону и сразу же сделала большой глоток. Я, ещё раз принюхавшись, последовала её примеру. Напиток по вкусу лишь отчасти напоминал глинтвейн, но был, действительно сладким, лишь чуть-чуть терпким, а травы и специи, входящие в его состав, я даже не бралась опознать — что-то мне подсказывало, что в моём мире аналогов тому, что я пью сейчас, не найти.
— Так что у тебя с Нэйтом? — внезапно поинтересовалась суккуб.
В голове моей уже после пары глотков поселилась приятная лёгкость, и ещё слегка шумело, но эти ощущения мгновенно пропали, когда я вникла в суть вопроса.
— В смысле, что у меня с ним? — не поняла я и отпила ещё, чтобы вернуть это приятное чувство лёгкости, — Он мой командир. Он принял решение забрать меня в Корпус, а потом взял на себя ответственность за моё здесь пребывание. А ещё он мой киаму и мой друг. Вот, вроде, и всё.
— Не лей мне в уши елей, — шутливо погрозила мне пальцем пока ещё трезвая Катара, — когда мы с ним пересекались во время его отпусков, он говорил почти исключительно о тебе. Какая ты смелая и сильная, — глоток, — упорная, — ещё глоток, — и умная. Нет, у него точно к тебе что-то есть.
Эту удивительную новость точно следовало запить, но выданная мне бутылка уже опустела.
— Сейчас всё будет, — успокоила меня Катара, заметив, что я печально заглядываю в горлышко в слепой надежде на то, что там волшебным образом обнаружится ещё хотя бы глоток этого чудесного напитка.
Она встала и, слегка пошатываясь, направилась к шкафу за новой партией, но по дороге споткнулась, растянулась на полу и, негромко бормоча ругательства на своём языке, поползла к шкафу по-пластунски. Это неожиданно показалось мне очень смешным, и я засмеялась, чувствуя, как с каждым новым звуком, рождающимся у меня в груди и вылетающим изо рта, в голове взрываются маленькие весёлые искры.
— Сейчас всё будет, — обнадёживающе повторила Катара и залезла в шкаф полностью.
На этот раз её не было немного дольше, а в шкафу что-то характерно позвякивало, что вызывало у меня новые необъяснимые приступы смеха и, соответственно, новые взрывы у меня в голове. Назад Катара ползла на четвереньках, а за собой тащила объёмную сумку, звеневшую точно так же, как и несколько секунд назад шкаф.
— Так, вино ты уже попробовала, — задумчиво произнесла она, и я радостно кивнула, — теперь попробуй это.
Вслед за этими словами из сумки на свет были извлечены две пузатые бутылки красного стекла. Пробки были извлечены таким же варварским методом, после чего мы снова заняли свои места возле кровати.
— О чём я говорила? — смешно нахмурилась суккуб, — не помню. А, мы же хотели выпить за знакомство! У нас будет настоящий девичник, только для нас двоих, потому что фея ещё слишком маленькая.
— Кто? — удивилась я, сделав первый пробный глоток.
Напиток обжёг горло, а потом жидким огнём пробежал по всему телу. Вкус был странным и ни на что не похожим, но ощущения мне понравились, и я отпила ещё немного.
— Фея, — повторила Катара и защёлкала пальцами, пытаясь прогнать вызванный алкоголем ранний склероз, — ваша маленькая снежная королева.
— Тина? — уточнила я.
— Точно! — радостно воскликнула Катара и благодарно хлопнула ладонью по моему бедру.