Я шел по дороге в сторону юга. Когда голод не оставлял выбора, я превращался в оборотня и охотился на зверей. Благо вокруг был густой лес. Дичи было полно. Наевшись, я продолжал идти. Иногда я бежал сквозь лес в облике оборотня, иногда как человек. Чувство вины прожигало во мне дыру. И грусть с тоской убивали всю мотивацию двигаться дальше.
«Куда я иду? Зачем? Кому это надо? Мне?» — спрашивал я себя.
Так я добрел до города Переславль. Лада рассказывала про него. Он уже был похож на продвинутую деревню городского типа. Много домов по три и четыре этажа. Город был выстроен в виде круга. По кругу было ограждение в виде укрепленной постройки, что пролегала по периметру вокруг города. Внутри постройки похожей на длинный коридор патрулировали стражники. В середине города виднелась большая постройка в виде замка. Похожая на тот дом, что был у боярина Никодима в прошлой деревне. Только тут замок был раза в три больше. И огорожен забором. Я вошел через главные ворота. Двое стражников остановили меня, осмотрели грозным взглядом. Обыскали. Просмотрели мои вещи и отпустил. Я отправился в глубь деревни. Люди отводили взгляд, глядя на меня, им было стыдно или неприятно. Вид у меня был, конечно, потрепанный. Я был в своем плаще, но из-за того, что я был больше недели в пути, выглядел помятым, грязным и вонючим. Борода отросла. Длинные ногти на руках и волосы. Видимо из-за ликантропии у меня ускоренный рост волос и ногтей.
«Надо побриться и помыться, но только где?»
Вроде бы в древней Руси должны были существовать бани. Я помню по уроку истории, по-моему да. Я прошел на базар, купил еды, меня почему-то потянуло на алкоголь, и я купил медовухи, вина и бражки — по бутылке всего. Да я определенно хотел напиться. Спросил у продавца, есть ли тут платные бани. Он сказал, что общих и платных нет. Но я могу обратиться к любому, у кого есть во дворе баня, и попроситься к ним за отдельную плату. Он посоветовал пару домов, и я отправился к ним. В двух мне отказали, без объяснений, но судя по тому, как они на меня смотрели, можно предположить, что они посчитали меня бомжом. А в третьем доме, куда я отправился жили пожилые люди, дедушка с бабушкой, Святогор и Светлана. За две серебряные монеты они обслужили меня по полной. Дед растопил баню и подготовил все за полчаса. Поставил в предбаннике большую купел, больше похожую на огромный тазик с водой. Бабушка забрала мои вещи и постирала, пока я принимал баню. И повесила их в избе над печкой, чтобы высохли за ночь. Я парился часа три. Откисал в купели. Я взял с собой еды и вина. Выпил бутылку в одно лицо. Потом дед отвел меня в комнату. И я выспался, как надо.
На утро я проснулся часов в семь. Меня разбудил шум на улице. Оказывается, сегодня был какой-то праздник. В честь местного языческого бога — Сварога. Сварог был богом кузнечного дела и солнечного света. Люди шли толпой по улице и пели песни, и стучали металлическими предметами друг об друга, создавая какую-то мелодию. Меня чуть не вывернуло наизнанку. Этих языческих божков я стал ненавидеть всей своей душой. Но я был не в состоянии сражаться с ними. В моей груди все еще зияла дыра от смерти Лады и ее родных. И даже месть Хорсу не освободила меня от мучений. Я захотел снова напиться. Вчера было хорошо. Когда выпил, получилось забыться. И я решил повторить.