Сверкающий полировкой паркет из ценных пород дерева был покрыт толстым ковром. На каменных стенах красовались старинные картины. В узкие зарешеченные окна были вставлены цветные витражи с изображением танцовщиц. Мебель из темного дерева, украшенная мастерской резьбой. Огромная кровать с балдахином и занавесками.
Бартли откинул богато расшитое одеяло, под которым оказались шелковые подушки и простыни. Все это не могло не привести Хруча в изумление. Сняв обувь, ученый прошелся по щекочущему босые ноги мягкому ворсу ковра.
— Что-нибудь еще желаете? — поинтересовался у него Бартли.
Хруч энергично замотал головой.
— Тогда желаю доброй ночи.
Положив вещевой мешок на один из стульев, слуга с поклоном удалился.
Хруч неторопливо огляделся вокруг. Это был настоящий сон. Подобной комнаты он не видел ни разу в жизни. Едва поднимая тяжелые веки, он поспешно разделся, натянул ночную рубашку и, плюхнувшись на огромную кровать, зарылся в шелковые простыни. Полумертвый от усталости, Шешил решил поскорее заснуть, но сон не шел. Ученого охватило какое-то странное беспокойство. Он лежал с открытыми глазами, глядя на шторы. «Это всего лишь мысли!» — пытался успокоить он себя.
Вдруг Хруч явственно ощутил, что кровать под ним вздрогнула, а откуда-то снизу послышался приглушенный рокот. Испуганный Шешил выпрыгнул из постели. Но и пол под ним слегка сотрясался. Он подбежал к двери и распахнул ее. По коридору как раз проходил мальчик-слуга, неся стопку постельного белья — такую высокую, что из-за нее едва можно было рассмотреть его самого.
— Эй, подожди! — окликнул его Хруч. — Ты что-нибудь слышишь?
Мальчик остановился и насмешливо поджал губы.
— Конечно, — кивнул он и тут же отправился дальше.
«Судя по всему, — решил Хруч, — эти вибрации в крепости обычное дело». Он подождал еще немного. Никто не поднимал тревоги, не выбегал в панике из комнат в коридор.
Хруч уже было хотел вернуться в свои апартаменты, но потом передумал и, осторожно прокравшись по коридору, выбрался в холл. Здесь на столике стоял горшок с комнатным каучуковым деревцем. Прихватив горшок, Хруч быстро вернулся к себе. Он поставил каучуковое дерево на тумбочку и снова улегся в постель. Ему нужно было хоть с кем-то поговорить, излить душу.
— Ты не поверишь, что со мной приключилось за эти несколько дней! — начал он, обращаясь к дереву.
Через несколько минут он уже крепко спал.
Джил проснулась от веселого птичьего пересвиста. Она лежала на подстилке из мягкого мха, укрытая плащом. Перевернувшись на спину, она обнаружила, что находится в маленьком уютном шалаше, который Дрейгар специально соорудил для нее на ночь. Сам он не нуждался в укрытии и спал прямо на голой земле, в доспехах, поджав под себя ноги.
Из-под навеса девушка видела, что парсинанин уже проснулся. Сидя на камне и щурясь от яркого утреннего солнышка, он что-то рисовал.
Джил сладко потянулась, села, надела башмаки, поправила длинные рыжие волосы, стянув их бечевкой в тугой хвост. Зевая, поднялась на ноги и подошла к Дрейгару. На коленях у парсинанина лежала небольшая дощечка, к которой был пришпилен кусок гладкого кожаного пергамента. Нагнувшись, Джил с удивлением увидела, что это какая-то географическая карта.
Красиво вычерченная, карта показалась Джил настоящим произведением искусства. Изящные линии изображали рельеф местности. Зеленым цветом были обозначены леса и холмы, синими чернилами извилистые реки, а черными — берега. Названия выведены аккуратными прописными буквами. В отдельных областях даже нарисованы обитающие там дикие животные, а в комментариях отмечено, какие из них представляют опасность для человека.
Джил была буквально очарована тем, с каким мастерством и точностью парсинанин владел пером. В его огромной руке оно казалось не толще соломинки, однако он обращался с ним с виртуозностью каллиграфа.
— Это просто чудо! — воскликнула девушка.
Дрейгар покосился на нее, но ничего не ответил.
На карте Джил разглядела дорогу, по которой они держали путь, и рощу, в которой остановились на ночлег. В роще также был четко отмечен колодец.
— Так вы, значит, картограф! — прощебетала она, надеясь завязать разговор.
— Ничего подобного, — проворчал парсинанин. — Я просто рисовальщик карт.
Джил не нашлась что возразить. Тогда она решила зайти с другой стороны.
— У вас есть идеи, как нам догнать кортеж раньше Тайи и Локрина? — спросила она.
— Есть, — прозвучал односложный ответ.
Джил немного подождала, но продолжения не последовало.
— Уж не намерены ли вы все-таки присоединиться к ним, чтобы помочь освободить Шешила? — как бы между прочим спросила она.
— В свое время.
— Что ж, значит, нам некуда торопиться?
— Пока лучше подождать.
Девушку обижал его ворчливый тон, но она решила не затевать ссоры.
— Тогда я приготовлю завтрак, ладно? Вы, наверное, проголодались?
— Я уже позавтракал, благодарю вас.