– Девушка в белом платье не жива и не мертва. Ей дано имя покойника. Скоро у нее случится пожар. От холода имени покойной от нее будут бежать все встретившиеся на ее пути мужчины.
И правда, мой знакомый был еще в пути домой, а у нас сгорела дача. И про мужчин тоже правда: больше двух раз со мной еще никто не встречался.
Самое интересное, что она говорила о Вас, Наталья Ивановна, что Вы живете в
России и могли бы помочь, что незачем было ездить так далеко.
Скажите, как можно помочь таким людям, как я, носящим имя умершего?»
Вроде всем уже известно, что нельзя называть в память об умершем новорожденного, но все же многие допускают эту ошибку.
В таких случаях первое, что надо сделать, это перекрестить человека заново.
Затем, дождавшись полнолуния, обмыть человека наговоренной водой, обтереть льняным полотенцем без рисунка, и это полотенце отнести на кладбище около двух часов дня. Повесив его на сук, наговорить следующее:
«Вышла я замуж и попала в семью скорпионов. Мало того что вся их семейка по гороскопу скорпионы, так ведь едят друг друга и за меня принялись».
Накапайте с горящей свечи в воду крест. Свеча должна быть куплена в воскресенье, а дело сделаете спустя три дня. Заварите с этой воды чай, собрав предварительно воск.
Читайте на эту воду так:
«Жена моя перед смертью взяла с меня клятву, что я больше не женюсь. Я взял и поклялся. Прошел год или около того, и я женился вновь. И вижу сон, вроде мне моя покойная жена говорит:
– Ты клятву не сдержал. Я ни с кем не дам тебе жить. Всех к себе заберу.
Прошло три месяца, жена попала в катастрофу. Третья моя жена умерла в бане. В свидетельстве о смерти написали «инфаркт». Затем умерла еще одна – от родов.
Можно ли мне помочь?»
Если вы нарушили клятву покойнику, то покайтесь в церкви. Закажите заупокойную сразу на весь год. Сами же умойтесь у колодца с журавлем. В деревнях еще сохранились такие колодцы.
Умывайтесь с наговором.
«Я жила на подселении. Брак был по нынешним временам на редкость удачен. Подруги мне твердили: «Счастливая ты, Светка».
И действительно, мой муж был очень хороший. Толик мой и шил, и варил. Любая техника, любой ремонт – все ему дается легко.
Детям был как мама: ночью вставал, пеленал, кормил. Как-то я заболела и ляпнула, вот, мол, умру. Так у него слезы на глазах.
– Нет уж, лучше я, чем ты, – говорил он.
Прожили мы 12 лет и все словно молодожены. Соседка по квартире, когда встречались на кухне, все бывало плачет, что муж себе очередную юбку нашел. Я ее утешаю, а сама не представляю, как бы мой Толя мог со мной так поступить. Себе так не верила, как ему.
