(для женщин)
Говорят в спину:
На заутрене в Христово Воскресение возьмите крашеное яйцо, похристосуйтесь со встречными людьми, идущими от церкви после праздничной службы. Поменяйтесь яичками. Это яйцо положите дома за образа на божничку. Когда наступит родительский вторник, достаньте это яйцо и отнесите его на кладбище. Там отыщите могилу с таким же именем, как у пьющего человека, положите крашенку в ноги и скажите:
Из письма: «Душенька Наталья Ивановна. Голубушка наша Божья, кланяюсь и целую Ваши ноженьки. Простите меня, что тревожу Вас. Самой мне семьдесят годков, а я вместо того, чтобы отдыхать, плачу каждый Божий денечек. Горе у меня великое-превеликое. И не знаю, кто виноват: я ли сама или Господь меня испытывает, а может, дьявол над нами измывается. Только в жизни моей все наперекосяк.
Вьшла я замуж за того, кого мне нашли родители, ведь раньше мы своих родителей почитали.
Муж мой был, слава Богу, неплохой человек. Не пил и самокрутками не смолил. Жить бы нам с ним в миру и радости, но только если в одном хорошо, то в другом обязательно худо.
Рожала я деточек, а они, не дожив до годика, все умерли. Семерых детей схоронила. В семнадцать вышла замуж, каждый год рожала, хоронила, горевала, как собака, выла и каталась по полу после каждых похорон и стала я к двадцати пяти годам белая как лунь от седины. А в двадцать шесть родила дочь. Тряслась за нее до года, по часу в сутки спала, думала, умом помешаюсь, все беду ждала, ведь как год ребенку, так гроб в доме. С рук ее не спускала. Однажды пошла я за молоком а соседке, а она мне отказала, сказав, что корова заболела.
Пошла я на рынок, доченьку с рук не спускаю, а она уже словечко говорит, умненькая и ласковая такая. Иду, а она меня ладошками по щекам гладит.
На рынке я купила молока и домой возвращаюсь. Смотрю: сидит дед, мне рукой машет. Я подошла и спросила:
