– Я обязательно вернусь домой, – отвечаю я. – Я знаю, что проклятием нашей семьи была вовсе не здешняя кровь. Проклятием был ты. И сегодня я тебя победила. Я королева. Порталы открыты для меня. Я вернусь домой, и моя семья наконец освободится.
Морфей рассматривает свои ботинки, и драгоценные камни на его лице переливаются черным и синим, напоминая следы ударов.
– Очаровательная иллюзия, любовь моя. В самый раз для волшебной сказки.
Его голос звучит хрипло, и в нем как будто слышится раскаяние.
Утомленная этими фокусами, я начинаю поднимать над собой венец Гренадины.
Мои пальцы прилипают к рубинам и отказываются повиноваться. Под шпилькой Червонной Королевы как будто загорается кожа. Раскаленные добела щупальца ползут по спине, пригвождая меня к месту. Они оплетают руки, и кровь в моих жилах вспыхивает. Сосуды снова светятся зеленым, как в саду мертвых, и выпускают побеги.
То же самое ощущение охватывает и ноги, скрытые широкой юбкой. На сей раз ветви не исчезают. Они тянутся всё дальше с каждым вздохом… из меня растет настоящее живое дерево.
Я испускаю крик, а ветви начинают извиваться, как зеленые змеи. Они сбивают с моего плеча Паутинку и пытаются хлестнуть стоящих вокруг.
– Что случилось? – кричит Гренадина.
Ленточки у нее на пальцах шепчут все враз.
– Твой муж напрасно пожертвовал собой! – отвечает Королева Слоновой Кости. – Дух Червонной Королевы был в этой шпильке… она соединилась с девочкой… теперь они – одно целое!
Морфей использует общее замешательство, чтобы распустить крылья, до тех пор сомкнутые на груди. Он отталкивает рыцарей, резко разворачивается, вскакивает за спину Королеве Слоновой Кости, обхватывает ее за талию и приставляет к горлу стрижающий меч.
– Отойдите от Алиссы, иначе я разрежу Королеву Слоновой Кости пополам и скормлю ее брандашмыгу!
Все замирают. Даже Паутинка зависает в воздухе. Я хочу броситься к двери, но не могу пошевелиться. Червонная Королева пытается овладеть моим телом, и я отчаянно напрягаю волю, чтобы этого не допустить.
– Эй, вы. Убирайтесь, – говорит Морфей, указав на дверь. – Теперь это будем решать мы втроем. Ну или вчетвером, если считать королеву, которую вы много лет назад пырнули в спину.
Паутинка, ссутулив зеленую спинку, улетает первой. Гренадина забирает у Королевы Слоновой Кости коробку и пятится к двери вместе со своими стражами, чуть не споткнувшись по пути о своих мертвых солдат. Эльфы-рыцари стоят неподвижно, ожидая приказа.
– Не испытывай мое терпение. – Морфей расправляет крылья и прижимает лезвие к яремной вене Королевы Слоновой Кости, так что на коже появляется ямка.
– Идите, – выдыхает она.
Рыцари, ощутимо раздосадованные, отступают, опустив мечи. Их досаду можно только почувствовать, но не увидеть; лица эльфов остаются бесстрастными. Дверь за ними захлопывается.
Не выпуская Королеву, Морфей опускает засов, поворачивается ко мне и прищуривается, глядя на венец на моей голове.
– Я сделал свое дело, проклятая ведьма. Теперь я свободен.
– Неплохо. – Ответ Червонной Королевы звучит у меня в голове, и слова сами собой вырываются изо рта. – Но теперь я желаю большего. Я столько времени провела в заточении и заслуживаю компенсации. Подведи свою пленницу ближе. Я хочу получить ее магию. Сделай это, и займешь место рядом со мной – как король. Ты будешь править всей Страной Чудес.
Королева Слоновой Кости сопротивляется, но Морфей упирает лезвие ей в горло. Не сводя с меня глаз, он делает жалобное лицо.
– Почему ты не послушалась? – тоскливо спрашивает он. – Я отдал тебе желание. Если бы ты воспользовалась им, как я сказал, это спасло бы тебя! Моим заклятьем было сделать так, чтобы ты сидела на троне, а Червонная Королева управляла твоим телом. Я предлагал тебе путь к спасению…
Если бы Королева меня не удерживала, я бы упала в обморок. Моя судьба – служить сосудом, лишь наполовину быть собой, навечно остаться в Стране Чудес? Я хочу вновь сказать Морфею, что ненавижу его, и на сей раз совершенно искренне. Хочу плюнуть ему в лицо, крикнуть, что он трус в самом худшем смысле – он принес меня в жертву ради спасения своей никчемной души.
Но вместо этого я отвожу глаза, прибегая к уловке, которая недавно так хорошо сработала. Потому что Морфей – единственный, кто теперь способен мне помочь.
– Пожалуйста, пойми, – в его голосе звучат умоляющие нотки, и мое сердце – та часть моего существа, которую я никогда не отдам Червонной Королеве, – наполняется надеждой и начинает биться чаще. – Я не трус.
Морфей пытается переубедить меня, как будто я уже обвинила его в трусости.
– Мной управлял не страх смерти, а ужас плена. Как и ты, я не могу жить в тюрьме. Я должен быть свободен. Ты ведь меня понимаешь?
Я заставляю себя молчать и из последних сил продолжаю сдерживать Червонную Королеву.
«Иди скорей сюда, глупец. Мне нужна сила короны Слоновой Кости, чтобы справиться с девчонкой. Она очень сильна…»
В этих словах звучит гордость, которая лишь укрепляет мое решение победить Червонную Королеву. Плевать на родственные узы. Я не принадлежу ей.
