Одну Джеб протягивает мне.
– Поехали!
Я ничего не понимаю.
Джеб надевает на плечи рюкзак, подбегает к краю дюны, который находится в нескольких шагах от нас, и кладет свою дощечку на песчаный склон. Наступив на нее одной ногой и слегка наклонив вперед, он поворачивается ко мне:
– Ну же, спортсменка!
Я становлюсь рядом и дрожащими руками кладу дощечку на песок.
Джеб думает, что мы съедем вниз на досках. Нечто вроде серфинга на песке. Но разве он не видит пропасть, которая отделяет пустыню от долины? Край склона слегка загибается вверх, как рампа. Не думает же он, что…
– Сегодня ты научишься прыгать, – говорит Джеб, закончив мою мысль.
Сердце у меня подкатывает к горлу.
– Ни за что.
– Без вариантов.
Он протягивает руку.
– Если начнем падать, пускай в ход магию. Вели доскам перелететь через расщелину.
– А если я не смогу? Я уже разрушила заклятье, исправив Алисины ошибки. Может быть, я – это снова я.
– Но ты по-прежнему выглядишь как здешняя. Держу пари, ты не станешь прежней, пока мы не пройдем через портал. И вообще, что нам терять?
Он ждет, протянув руку.
Я хватаюсь за нее и оглядываюсь назад. Облако пыли окутало склон: солдаты поднимаются на холм. Они окажутся наверху в любую секунду. Прищурившись, я разглядываю шевелящийся песок.
Спуск примерно в три раза круче, чем самая высокая рампа в «Подземелье» – а я даже с нее никогда не скатывалась. Мы так высоко, что пред глазами всё плывет, а ноги делаются ватными.
– Ух. – Джеб обхватывает меня за талию, чтобы я не упала.
– Джеб, – говорю я. – Нас разнесет в разные стороны.
– Ни за что.
Он отстегивает один конец металлической цепочки, продетой сквозь шлевки, и разматывает ее, оставив другой конец по-прежнему прикрепленным к брюкам. Джеб привязывает цепочку к кольцу у меня на поясе – получается что-то вроде страховочного троса. Если максимально его натянуть, мы разойдемся фута на три, не больше.
– Готова? – спрашивает Джеб, глядя через плечо на приближающихся преследователей.
– Да.
Но в животе что-то кричит: «Нет!»
Я отчаянно хочу развернуться и побежать в другую сторону. Но тут жабедные птицы издают пронзительный визг, совсем как птеродактили из какого-нибудь фильма про доисторический мир, и у меня волосы встают дыбом.
Я ставлю ногу на доску.
– Вперед! – кричит Джеб.
Мы одновременно отталкиваемся и ухаем в черно-белую бездну.
Первая половина пути – сплошное ослепительное падение. Мы опережаем наших преследователей, потому что доски отлично едут по песку. То слабее, то сильнее нажимая ногами, мы контролируем направление и скорость. Мои мышцы впадают в привычный ритм, отвлекая меня от мыслей о высоте.
От ветра мои волосы, заплетенные в косички, полощутся за спиной. Сердце лихорадочно колотится, но в душе пробивается надежда, делаясь всё сильнее и сильнее. Может, именно это Морфей и имел в виду, когда говорил, что я способна обрести спокойствие посреди безумия?
Джеб замечает мою робкую улыбку и ободряюще подмигивает.
Его волосы черными волнами треплются вокруг головы. Сквозь пряди просвечивает солнечный свет – получается нечто вроде нимба. Джеб похож на мятежного ангела-хранителя.
– Прыгнем одновременно, – говорит он. – Когда приземлимся на той стороне, сразу отстегнем цепочку, чтобы не запутаться при падении.
Я киваю. Джеб подергивает цепочку, и я убеждаюсь, что всё в порядке… мы надежно связаны.
Позади слышатся крики и шум погони. От волнения щемит в груди. Я вдыхаю пыль и подавляю кашель. А впереди показывается пропасть.
Густые заросли на той стороне отделяет от расщелины полоска земли, поросшая мягкой травой. Она смягчит наше приземление и погасит инерцию. Потом мы встанем и укроемся в безопасном месте.
Тут можно справиться и без магии. Только нужно получше разогнаться… набрать достаточную скорость, чтобы прыгнуть и перемахнуть через расщелину.
То есть пора прыгать.
Я готовлюсь к тому, чтобы в нужный момент стукнуть по доске пяткой задней ноги, а мыском передней качнуть ее к себе. Но мне попадается бугорок, и я слегка пошатываюсь, отклонившись от прямой и потеряв драгоценную скорость. Джеб сворачивает и несется ко мне, чтобы направить куда надо. И тут с ним случается то же самое – доска подскакивает, и он чуть не теряет равновесие.
Выправившись, Джеб кричит:
– Что-то движется под песком!
Ногами я чувствую толчок и вспоминаю предостережение Морфея о зыбучих песках. Мы с Джебом пытаемся устоять на досках, а черно-белые квадратики, по которым мы скользим, движутся, сталкиваются и сливаются, превращая ландшафт в разобранный пазл, как будто под поверхностью происходит сразу тысяча крошечных землетрясений. Меня настигает дежа вю. Это же совсем как в моем сне.
Несколько клеток перекрывают друг друга, и наши доски окончательно останавливаются. Мы стоим и тяжело дышим. Армия Королевы продолжает за нами гнаться; гигантские птицы старательно обходят неровности.
Солнце так и палит. Мы на виду, и нам некуда бежать.
