— Я не позволю, мой брат не подойдет к тебе, даже если прибежит с сопливыми извинениями и раскаяньем в содеянном, — Елена отвела глаза, вампир знал, что Стефан больная тема для них обоих, но она сама затронула ее. — Верь мне, Елена, — он поцеловал ее в лоб, — и не сомневайся, мы сможем стать не образцовой, но все же семьей.
— Семьей со странностями, я бы сказала. И я не сомневаюсь, — покачала она головой, — я просто боюсь, что в один момент все рухнет. Ты же помнишь, я сказала однажды, что жаль, что у нас не будет детей, теперь это не так и я хочу этого малыша, но мы не готовы, — чуть помедлив она добавила, — пока, — успокаивающе запуская пальцы в беспорядочные волосы своего вампира. — Но ты прав время есть и девушки помоложе рожают и ничего, правда обычных детей, а не… дампиров. Хотя в этом мире он даже выделяться не будет на фоне всех сверхъестественных существ, что нас окружают. Так, что откинь мысли, что я могу сделать аборт…
— Как ты… — пораженно посмотрел на нее Деймон.
— Я чувствую тебя, похоже, лучше, чем ты меня и это обидно, — надулась девушка, так по-детски, что вампир улыбнулся, — хотя так даже правильней, я женщина и моя интуиция и инстинкты лучше развиты, чем твои.
— Ага, особенно инстинкт самосохранения, — с издевкой произнес вампир.
— И ты туда же, — отстранилась от него девушка.
— Но это же правда, но теперь об этом забудь, никаких жертв и попыток суицида во имя спасения окружающих иначе мне придется запереть тебя в самой высокой башне и превратить в Рапунцель.
— Слышал малыш, наш папа тиран, — обратилась к маленькому существу Елена, хотя по срокам он еще не должен ее понимать. Она где-то читала, что ребенок слышит все, что слышит его мама, но сейчас он не более чем зародыш и наврядли слышал ее шуточное обвинение по отношению к его отцу.
— Не выставляй меня в не выгодном свете! — тихо возмутился Деймон. — Не слушай маму, я не тиран, — он встал на колени и поцеловал животик Елены.
В этот момент желудок предательски заурчал, напоминая, что людям полезно иногда кушать, Деймон засмеялся.
— Думаю, что пора перекусить, — смутилась Елена, — заодно и шокируем всех новостью, а у тебя будет повод помириться с Эдом.
Деймон скривился, мирится с этим, культурного слова вампир подобрать не мог, лезли одни не цензурные эпитеты и выражения. Но Елена права, Эд не раз спасал его, за это он должен быть благодарен, к тому же он сильный союзник, которого терять из-за недопонимания верх роскоши, которую в настоящем времени вампир просто не мог позволить. В конечном итоге ему нужно понять мотивы этого тысячелетнего лжеца, как никак, но он претендовал на роль его отца и так бы оно и было не встреться тогда в Атлантике два корабля.
Удар пощечины отрезвил вампира, Деймон и не сразу понял, что произошло.
— За что!? — потер он щеку.
— За то, что целовался с этой мымрой! И отмазка «я был не в себе» не пройдет!
Женщины, странный народ.
Ей больше тысячи лет, она относительно жива и сейчас она самая сильная ведьма в мире. Эстер разглядывала уцелевшие рисунки Клауса, да у этого мальчика определенно есть талант, только вот в голове матери гибрида никак не укладывалось, как столь жестокое существо может создавать столь прекрасные вещи. Будучи на той стороне, куда после смерти она попала в качестве наказания, Эстер наблюдала за этим миром и за своей семьей. Технический прогресс ее поражал, искусство, красота — все становилось лучше, но ее дети, ее дети все до одного превращались в монстров. В который раз она убеждалась в том, что не зря заставила шамана создать ритуал «Круга Жизни», только с помощью крови двойника она может отменить заклинание.
