Покончив с телами, Деймон намеревался разыскать своего брата, Стефан должен быть где-то в округе города. Ох, как ему не нравилось быть марионеткой в руках опасного кукловода. Деймон нутром чуял, что даже если он узнает, где Стефан прячет гробы, Клаус слово не сдержит и не даст им спокойной жизни, это в лучшем случае, в худшем — гибрид всех поубивает. Получив гробы, его уже ничего не будет сдерживать. Поэтому у Деймона созрел свой план, он не сомневался, что брат выдаст ему, где прячет гробы, но об этом он не скажет никому, даже Елене. Девушка может выдать все Клаусу. А как она говорила сегодня о союзе с первородными, она напугана, как и он, но в отличие от нее у него годы практики держать свои эмоции под контролем. Один раз он уже дал слабину, он был в отчаянье, он был женщиной. Но теперь все вернулась на круги своя, он будет сильным за них двоих.
Деймон улыбнулся при вспоминании своих злоключений в теле Елены, пожалуй, это была самая веселая неделя в его долгой жизни, смертный человек бы сказал «Будет, что рассказать внукам», только вот внуков у него никогда не будет, как и детей. А ведь возможность была, он был человеком, вампир тряхнул головой, рожать только ему не хватало! Молва поговаривает, что это довольно болезненно. К тому же переспать с мужчиной он бы не смог, Елена это одно, там тело родное, а другой… брр. Он по другой ориентации спец. А детей Деймон хотел когда-то больше всего на свете, по нему конечно и не скажешь, но эта мечта до сих пор живет в нем, правда это так и останется мечтой, пытайся сколько угодно, результата не будет.
Так идя по лесу и представляя маленьких карапузов, он набрел на заброшенный дом. Когда он понял, что пришел к месту обитания духов ведьм, ему показалось это странным, ведь вроде шел он в совершенно другом направлении, какая-то сила и это явно не интуиция, хотя чем черт не шутит, он неделю был девушкой, главное чтобы женская логика не передалась, а то это будет просто эпикфейл. Уже собравшись развернуться и уйти, его вампирский слух уловил голоса.
— Бонни? — удивился Деймон, а вот второй принадлежал его брату.
Не секунды не медля, он кинулся в дом, но вот не задача, кажется мертвые ведьмы не рады его присутствию. Ожоги и Деймон загнан в угол, скрываться от палящего солнца.
— До сих пор, серьезно? — спросил он, эти пассивно-агрессивное твари раздражали его не меньше, чем проделки брата.
Но отступать нельзя, для начала он задаст трепку Стефану, а для этого нужно проникнуть в подвал, а там Бонни и для полного счастья, голову начнет пытать, хотя она еще не знает, что он уже не Елена, этим нужно воспользоваться, не будет же она причинять вред своей подружке? Собравшись с духом, он предпринял обжигающий марш бросок в строну подвала. Забежав в угол, где лучи солнца не доставали его, он взглянул на заговорщиков. Стефану кажется, было весело, а вот Бонни стояла с открытым ртом. Не ждала гостя ведьмочка, а мы все равно пришли.
— Это было впечатляюще, — похлопал в ладоши Стефан. — Но тут нет гробов, Деймон ты зря пришел. Так что ты можешь идти, могу показать, где выход.
— Какая жалость, но прежде чем узнать, где гробы, я собираюсь из тебя душу вытрясти, — улыбнулся старший брат и накинулся на младшего, второй марш бросок был уже со Стефаном в стальной хватке. Злость делала его сильнее, а злость на Клауса с его махинациями и Эдмунда решившего пожертвовать собой, была огромным стимулом, чтобы вышвырнуть Стефана на улицу, пнуть его с ноги, да еще познакомить с толстой веткой дерева.
— Это тебе за то, что запорол мой план! — тут нет Елены, и он мог не сдерживаться.
— Я спасал твою жизнь! — прохрипел удивленный такой злости брата Стефан.
— Все пытаются спасти мне жизнь! — рыкнул Деймон. — Надоели! Хватит спасать мне жизнь! — пнул он его с ноги, а потом еще глубже вонзил ветку.
Отойдя от корчащегося в болях Стефана, он отряхнул руки.
— Клаус убрал Эда, — довел он до сведенья младшего брата.
Кряхтя и рыча, Стефан вытащил деревяшку из живота, у них прямо традиция с братом под названием «Проткни младшенького, чем под руку подвернется».
— Что? — очухался Стефан.
— Что слышал, Эдмунда больше нет. Он тоже геройски спасал мне жизнь и позволил проткнуть себя кинжалом.
— Значит, тебя прислал Клаус? — однако он может быть умным, когда захочет.
— Да прислал, гибрид считает, что ты мне скажешь, где находятся гробы.
— Не умно с твоей стороны это мне говорить, после такого признания я вряд ли тебе хоть что-то скажу.
Деймон посмотрел на брата и фыркнул.
— Я одно не могу понять. Зачем тебе спасать меня? Из-за братской любви или из-за чувств, которые то есть, то их нет?
— Тебе разве никуда не нужно? К Елене, например вы же еще вместе?
— Уклоняешься от ответа, — вздохнул Деймон. — Хотя нет, ты как еврей, отвечаешь вопросом на вопрос, но, черт возьми, ты не можешь быть евреем, я не еврей, значит и ты…
— Деймон прекрати этот цирк, — покачал головой Сальваторе-младший.
— Уклонятся от ответа обычно моя прерогатива, братец.
— Просто уйди.
— Нет, пока не скажешь, зачем ты меня спас, это то ты мне должен.
