Теперь она всерьёз крутанула веретеном. Вся древесина превратилась в огонь и шаром сжалась вокруг Рефинье. Тидер беспомощно шевельнул пальцами, но друг и сам не пропал. Стёкла в аудитории треснули. Осколки стайкой пронеслись сквозь пламя и превратились в расплавленные струйки, которые сетью закружились вокруг Пряхи. Пока она пыталась избавиться от этой текучей клетки, пламя опало. Слегка прикоптившийся Рефинье хлопнул в ладоши, превращая куски мела в тончайшую пыль, и бросил белое облачко Пряхе в лицо.
– Апчхи!
– Теперь ты меня послушаешь. Милая, не хочу я никого убивать, и необходимости в этом нет…
– А-апчхи, гад… а-апч…
– Прекратим эту бессмысленную схватку, и я обещаю тебе, что найду способ жить мирно. Поговорю с друзьями-«пауками»…
– Пчхи!
Тидер понял, что эти двое убивать друг друга точно не будут, даже если очень захотят.
Дверь аудитории, косо висевшая на одной петле, с грохотом рухнула, и на пороге появился мужчина в стильном чёрном плаще, но мокрый с головы до пят. Он с порога рявкнул:
– Пряха, чего ты тут копаешься?! Нам пора рушить Авс! Помочь тебе?
Сразу три силовых пасса припечатали его к стене, а Пряха озвучила:
– Крес, отвали!
– Ого, – Крес нервно выжал мокрую бородку. – Дьяволица, что происходит? Ты забыла наш план?
– Я?! Это ты, придурок пафосный, опоздал, и все высшие иерархи Ордена успели запечатать Авс!
– Виноват. Я надрезал одну из силовых нитей течения Инкурсы, но поскольку не знал доподлинно структуру плетения, не рассчитал отдачи. Течение сбило с дракона, пришлось выплывать самому… Но теперь можем продолжить… Эй!
Из-за дверного проёма, как стриж из норы, вылетел парень и приставил нож к горлу Креса. Да не какой-то металлический, а костяной тонкий ножик.
– Только дёрнись, и тебе конец, – заявил Йан. Этот улично-бандитский навык из бурной жизни студиоза он предпочёл бы забыть; но когда добрался до универсума, побежал на шум схватки и увидел последнюю сцену, ничего умней не придумал.
– Это неблагодарно, Йан, – осторожно сказал Крес. – Мы из тебя колдуна сделали.
– Вы разгромили мой любимый универсум и мою любимую столицу.
Крес нервно ухмыльнулся:
– И чего же ты хочешь? Мстить?
– Хочу прекратить это безобразие. Чтобы ты отдал приказ колдунам остановиться и отступить.
Рефинье восхищённо хлопнул в ладоши:
– Молодчина, мой ученик! Я присоединяюсь к мирному предложению, а ты, Пряха?
Та фыркнула-хихикнула. У Креса был редкостно глупый, ошалелый вид. Боевой запал ведьмы схлынул, кромсать Рефинье не хотелось, да и нога подрезана «жнецом», стоять тяжело.
– Йан, смешно сказать, но я рада тебя видеть. Отпусти Креса, так удобнее разговаривать.
Йан послушался и пожалел: маг тут же обрёл прежнюю надменность.
– Мальчишка, это очень смешно, но тебя сотрут даже с Гранью. Лучше дай сюда игрушку, она не твоя.
– Юридически – как раз моя. Моннер отдал ножик мне.
– Как хочешь, тебе же хуже. Сейчас мы… – Крес шевельнул пальцами, и вдруг недоумённо уставился на руку. Даже, кажется, побледнел.
***
Йера проснулась на незнакомой кровати, но судя по окнам и кладке стен – в королевском дворце. На краю постели сидел Райцер.
– Любимая моя, ты очнулась? Как себя чувствуешь? Хочешь пить?
– Спасибо, хочу, как ты догадался?
Йера взяла кувшин и прислушалась к ощущениям. Отлично. Как-то… легко, как никогда… как давно не…
– Долго я провалялась?
– Не очень. Солнце ещё высоко.
– Я потеряла сознание в коридоре…
– Здесь спокойнее.
Йера ведьмовским чутьём принюхалась к запахам из коридора. Кровь, сталь и прочие следы вооружённой стычки. Кажется, пока она была в обмороке, там происходило что-то очень бурное… Райцер не врал – он действительно защищал свою даму. Ведьма смущённо отметила чувство признательности. Сумел-таки, расшевелил её зачерствевшую душу!
А она его чуть не угробила. Нет, такое сокровище, как этот рыцарь, надо беречь. Но как? Ладно, сейчас у них другая проблема.
– Спасибо, ты просто чудо, Райцер. Я отлично себя чувствую, пойдём!
Тот не шелохнулся, только сказал:
– Не надо.
– Боишься?
– Меня и так могли прикончить в любой день, на дуэли или в драке в харчевне. Я хочу сохранить тебя.
– Если бы дело было только во мне! Крес…
От этого имени Йера привычно сжалась и вдруг поняла, что именно изменилось.
Нитей Креса в ней больше не было! Видно, они расплавились во время атаки, когда она разваливалась на куски. И пока отлёживалась, организм регенерировал себя, но не чужеродные нити её кукловода.
Свободна!
– Ты же согласна, я вижу по лицу, – ободрился Райцер. – Брось Креса и остальных, и мы заживём с тобой вольно в любви. Будем наполнять радостью каждый день, и наслаждаться друг другом…
Йера уже привыкла к его возвышенному слогу, и только добродушно усмехнулась. Доказал ведь, что не врёт. Да, такой вариант «нормальной жизни» ей бы пришёлся по вкусу.
– Сквозь беды все пройти, как сквозь горнило, что наш союз навеки закалило…
– Ч-ч-ч, не время для стихов. – Йера вскочила с постели, поборола минутное головокружение. – Я согласна, Райцер, это всё очень заманчиво, но надо кое с чем разобраться. Напоследок.
***
– Где Йера? – недоумённо спросил Крес. – Пряха, она прилетала к Авсу?
