Он осмотрелся, его тяжелый взгляд мельком задел меня, и я кожей ощутила ауру мужественности и властности. Он запустил пятерню в густую темную шевелюру, озадаченно фыркнул и с независимым собственническим видом проследовал к Мире, допивающей второй стакан воды. Обхватил ее за талию — талию! Не ущипнул, не отвесил шлепок — почему-то завистливая мысль мелькнула и пропала у меня в голове. Томно наклонился и легко чмокнул в висок, а потом прозвучал низкий, с хрипотцой голос:
— Солнце, а как же представить меня друзьям?
Бледная Мира побледнела еще сильнее, хотя до этого казалось, что уже некуда, нервно икнула, и принялась жадно допивать воду.
— Надо быть аккуратнее с алкоголем, — беззлобно пожурил брюнет.
Его рука все сильнее прижимала Миру, а другая медленно вела по ее руке от кисти вверх, к локтю, плечу. Я завороженно следила за пальцами, двигающимися по руке моей подруги. Пальцы плавно передвинулись на плечо, провели по ее шее, очертили подбородок, он приблизился к Мире. Я оторвалась от пальцев, посмотрела ему в лицо, и опешила, поймав пронзительный обжигающий взгляд. Он смотрел прямо мне в глаза, а рука гладила Миру. А сам смотрел на меня, прожигая насквозь, заглядывая внутрь. Он гладил Миру, а у меня перехватило дыхание. Я практически чувствовала его прикосновение. Мне стало жарко и неуютно. Как это могло выглядеть со стороны?
Я моргнула, закрыла на несколько секунд глаза, прогоняя наваждение, тряхнула головой и перевела взгляд на Борина. Он насмешливо смотрел на Миру. Я бесшумно выдохнула — мне все показалось, я что-то себе напридумывала. Хорошо, что Борин смотрел не на меня.
Тихим дрожащим голосом Мира проблеяла:
— Таусений, — получила легкий незаметный толчок и исправилась:
— Таус, мой… — подавилась водичкой, — мой парень.
Таус молчал, а Мира почему-то вдруг осмелела и кинула надменный взгляд из под бровей, вроде как мне, а вроде и куда-то в сторону. Куда именно в сторону, я не проследила, может и вообще показалось.
Таус опять посмотрел на меня в упор, усмехнулся и зарылся носом в нечёсаных волосах Миры.
Мира отстранено продолжила:
— Приехал ночью, под утро, я не стала никого будить, пустила его — почти прошептала Мира.
А в глазах ее отразилась вселенская грусть…и этот исполненный тоски взгляд прошелся вскользь по мне и задержался на Борине. Странно, как-то. Наверное, мне показалось.
— Хм, и давно у тебя есть парень? — я услышала, как Борин задал вопрос Мире.
— Совсем недавно, — ответил Таус за Миру, пристально посмотрел на Борина, и неожиданно улыбнулся очаровательной улыбкой, — пойдемте, я помогу с едой!
Парни пошли на улицу заниматься костром.
На кухне остались одни подружки. Ивонна срывающимся шёпотом зачастила:
— Девочки! Вы ничего не чувствуете?
— Кто-то сегодня весело провел ночку. Мира, почему ты нам ничего не рассказывала про нового ухажера? — задала всех интересующий вопрос Лина.
— Хотя я могу тебя понять. Такого лишний раз никому не покажешь. Оторвут с руками и ногами. Настоящий брутальный мачо, — продолжила подзадоривать подруга.
Ивонна оборвала ее, не дав ответить Мире:
— Девочки, это — дежавю. Я видела его сегодня ночью во сне. У меня было странное видение.
— Ивонна, опять за свое, — протянула Мира. — Видения, пророчества. Что тебе привиделось на этот раз? Парня тебе надо нового, и не будет твоих видений.
— Тауса окружала темнота: страшная, смертельно опасная. Я проснулась ночью, этот сон был кошмаром. Почему-то во сне Таус превращался в наше ночное чудовище на чердаке с горящими глазами.
На кухне повисла гнетущая тишина. Я погрузилась в ночные воспоминания. Что-то правдивое было в словах Ивонны. У меня тоже возникла стойкая ассоциация Тауса с чудовищем на чердаке. И рассказы подруги о редких видениях не казались мне чистой выдумкой. Ее бабушка рассказывала нам семейные предания про ведьму-предсказательницу, которая была у них в роду несколько поколений назад.
Мира решила перевести разговор:
— Лина, Таус, конечно, шикарный мужчина и у всех женщин текут слюнки, но я заметила, что ты все время косила в сторону блондинчика. Признавайся, ты запала?
— Он вызвал определенный интерес с моей стороны, — уклончиво ответила Лина.
Все дружно загалдели, пытаясь избавиться от странных ощущений, вызванных Ивонной. Мы быстро перестроились на веселый лад.
Идеальный дом! Идеальная кухня: все на своих местах, все под рукой. Мы распределили обязанности, и дело приготовления праздничного угощения скоро спорилось. На плите скворчало, в духовке запекалось, на разделочных досках нарезалось. Периодически мы выглядывали на двор. За закрытой дверью Лина томно вздыхала по блондику. Ивонна сторонилась второго дружка моего бойфренда, Гора. Гор оправдывал свое имя и был словно высечен из скалы, гора мышц и небольшие проблески интеллекта на вовсе не одухотворенном лице. Я могла понять Ивонну. Хотя она, в общем и целом, избегала знакомств с мужчинами последние пару месяцев. Разрыв оставил свои шрамы в ее душе.
