— Итак… — Мэллори пихнула Руби плечом, когда они шли. — Что это было раньше с Нейтом Каррингтоном?
— Ты имеешь в виду мэра с лицом Придурка? — прорычала Руби, и Мэллори рассмеялась.
— Я подумала, что его лицо довольно милое, вообще-то…
Руби хлюпнула носом: — Ух, только не ты…
— Что?
— Я знаю, что у тебя проблемы с памятью, но ты должна помнить, как он вел себя, когда мы были детьми. Он всю жизнь был придурком, Мэл. Богатым, снобистским, озабоченным придурком, который к тому же выглядит как чертов потерянный брат Хемсворта.
— Точно! — Мэллори щелкнула пальцами: — Я пыталась понять, на кого он похож, но все, что мне пришло в голову, это диснеевский принц.
— Никогда не говори этого при нем, чтобы он тебя не услышал. — Руби отмахнулась, а Мэллори захихикала, когда ее подруга покачала головой: — Я серьезно. Его эго уже настолько велико, что я удивлена, как весь Техас может его выдержать.
— А мне он не показался таким уж плохим.
— Последнее, что нужно этому мужчине, это еще одна женщина в этом городе, падающая от него в обморок. — Руби насмешливо хмыкнула. — Лучше бы ты вернулась к тому, чтобы строить глазки моему брату, чем стала жертвой обаяния Каррингтона, на которое купилась каждая женщина в этом городе.
— Не каждая женщина в городе. — Заметила Мэллори. — У тебя, похоже, иммунитет.
Руби ухмыльнулась: — Это потому, что я сделала своей жизненной миссией пинать его по голени при любой возможности, чтобы он не забывал о нас, простых смертных.
— О, так вот для чего нужны ботинки с шипами? Я думала, что это просто модное заявление. — Мэллори рассмеялась.
— Но ведь цель достигнута, не так ли?
— Да, с заголовком: «Берегись, а то зарежу».
— Тогда это был идеальный выбор для сегодняшнего дня. — Руби сделала паузу и указала на здание на противоположной стороне улицы: — Вот офис Абернати.
Мэллори недовольно сморщила нос. Здание, на которое указала Руби, бросалось в глаза на тихой улочке, где все остальные строения представляли собой разновидности классических двухэтажных панельных домов с широким крыльцом и веселыми, приветливыми цветными входными дверями.
— Это же раньше был дом Джонсов?
— Да. — Руби кивнула.
— А что с ними случилось?
— Ну, старик Джонс умер, а его дети переехали в Хьюстон, и они выставили дом на продажу. — Руби пожала плечами: — Абернати купил его и выпотрошил. Он живет на втором этаже, а первый использует как свой офис.
Мэллори уставилась на современный фасад из стекла и бетона, полностью разрушивший классическую красоту некогда величественного двухэтажного дома. Дело было не только в том, что переделки были уродливыми, хотя и это было не так. Они не вписывались сюда, в Темпест. Дом выглядел чужим и неприветливым. Мэллори возненавидела его с первого взгляда, и у нее возникло ощущение, что даже если бы она не действовала под впечатлением, что Кейл Абернати может быть убийцей, сейчас она бы почувствовала то же самое по отношению к нему.
— Пойдем. — Руби жестом пригласила ее следовать за собой, когда переходила улицу: — Давай потрясем его клетку и посмотрим, что из нее выпадет.
Мэллори последовала за подругой, и они обменялись улыбками, когда Руби легко открыла незапертую входную дверь. Мэллори не могла точно сказать, знала ли Руби, что дверь не будет заперта, или в Темпесте до сих пор действует стандартный порядок, и никто не беспокоится о замках. Когда дверь за ними захлопнулась, Руби задумалась о том, соответствует ли ее воспоминание об этом действительности, или это просто очередное предположение о маленьком городке, которое она сделала, основываясь на идиллической картинке, которую она нарисовала в своей голове благодаря заклинанию Наны. Насколько она понимала, все должны были запирать двери из-за сверхъестественных существ, обитающих в Темпесте, за исключением вампиров, потому что, если верить слухам, их нужно было приглашать в дом.
Это означало, что она может вычеркнуть эту возможность из списка, когда она взглянула на Руби. В какой-то момент утром она поняла, что даже не знает, каким паранормальным существом является ее подруга. Руби, конечно, могла быть обычным человеком, но Мэллори почему-то сомневалась в этом, да и ведьмой она ее не считала, поскольку помнила, как вчера вечером Руби сказала Хоуп, что она единственная, кто обладает магией. Но она не знала, как подступиться к этому вопросу, и, поскольку сейчас у нее были дела поважнее, не видела смысла совать свой нос не в свое дело.
Кем бы ни была Руби, волшебницей или нет, она была хорошим другом, а это было то, в чем Мэллори сейчас нуждалась больше всего.
— Извините. — Окликнул мужской голос, затем он кашлянул, и стул отодвинулся, когда Мэллори очнулась в дверном проеме, где остановилась Руби. — Я не слышал, как вы вошли, а моя помощница ушла на обед. На самом деле вы только что застали меня за перекусом.
