— Но мастер Айвэ, — пролепетала я, испуганно таращась на него. — Он слишком тяжелый для меня. У меня не хватает сил его удержать.
— Так какого ррыгра вы заявились на занятие боевиков, адептка?! — рявкнул он. — Вы ведь типичная жирафа, вот и проводили бы время на ЖРФ с такими же нежными дамочками. Сидели бы тихо, как шурхи, варили бы зелья и выращивали травки! Вы же так сами покалечитесь и нас всех перекалечите!
— Я ведьмочка, а не жирафа, — обиженно буркнула я и опустила глаза. — А к боевикам меня направил ваш книжный глобус. Думаете, мне так сильно нравится тащить программу двух факультетов сразу, мастер Айвэ?
— А-а, так вы та самая адептка? Магистр Новард меня предупреждал, но я не знал, что это именно вы. Ну и что мне с вами делать?
— Уведомить ректора, что я не справляюсь? Пусть меня оставят только на ЖРФ? — мрачно предложила я.
— И не мечтайте! — отрезал рыжий эльф. — Артефакт распределения не ошибается. И если вас распределили и туда, и сюда, то будете как миленькая учиться…
— И там, и сям, — печально закончила я его фразу.
— Идемте, адептка. Подберем вам оружие по руке! — И этот тип развернулся и направился к двери, находящейся в дальнем углу тренировочного зала.
Мне был выдан новый, облегченный меч, и начались мои мучения. И ведь никак не отвертеться!
После занятия я спросила Карела, что такое «ррыгр». Оказалось, это такая противная жуткая живность: мохнатая, зубастая, хищная и хитрая. В связи с чем, ее название активно использовалось в качестве ругательства. Ну что ж, пора учиться браниться по-новому. Не все же мне «чертом» и «блинами» ругаться. Надо приобщаться к новой среде обитания.
…Поздним вечером накануне выходного дня (я его привычно именовала воскресеньем, так как здесь неделя тоже состояла из семи дней) в наше окошко что-то стукнуло.
— Что это? — вскинула голову Лолина.
— Понятия не имею. Наверное, к тебе кавалеры пожаловали, — пожала я плечами.
Лола действительно вела активную личную жизнь и бегала на свидания то с одним, то с другим студентом. И как успевала-то? Лично я все время тратила на учебу, а в свободные часы перед сном штудировала дополнительную литературу. И в первую очередь — книги по ведьминскому искусству. Потрясающе интересная литература, должна заметить. А уж какая полезная!
— Да вроде у меня только завтра свидание, — задумчиво протянула соседка. — И поздно уже, отбой ведь был час назад.
Тут в стекло снова что-то стукнуло. Лола спрыгнула с кровати и подбежала к окну. Распахнула его и высунулась почти по пояс. Сначала она вглядывалась в темноту, потом разочарованно передернула плечами и повернулась ко мне.
— Кира, там к тебе.
— Да ладно?! Кто это может ко мне явиться? Мы с Карелом ни о чем не договаривались.
— А это не твой друг-коротышка. Это тот красавчик-дерхан с третьего курса, — скорчила она недовольную рожицу.
— Кто-кто?
— Ивар Стенси. Что у тебя с ним?
— А он — дерхан? — невпопад спросила я.
— А ты не видишь? — подняла она брови. — Конечно, дерхан, причем из высших, как и я.
— И что, у него боевая форма такая же страшная, как у тебя?
— О-о, намного страшнее! Он же мужчина. У них еще на плечах такие замечательные длинные шипы появляются, — жестами показала она, где именно вырастают эти шипы. — И на локтях. Это чтобы можно было поразить противников, напавших сзади.
— Фу-у-у! — меня передернуло. — А с виду такой красавец!
Ивара Стенси действительно можно было смело назвать красавцем. Породистое лицо, прямой нос, волевой подбородок, большие холодные серые глаза, черные брови и ресницы, густая грива волос и летний загар. Добавьте к этому высокий рост, богатырский размах плеч, узкие бедра и длинные ноги. И вот он — девичий идеал. Примерно таких брутальных самцов рисуют на любовных романах в мягких обложках. Тех, на которых девицы разных мастей бессильно висят в крепких мужских объятиях и взирают на мачо коровьими глазами. А роковые красавцы придерживают этих полуобморочных девиц и смотрят с таким видом, словно сейчас откусят им голову. У Лолы тоже, кстати, два подобных романчика лежали на столе. В общем, ничего удивительного, что по Извергу сходила с ума большая часть всех девушек школы. Им, к счастью, не довелось столкнуться с ним при таких неприятных обстоятельствах, как мне, и они видели только его эффектную внешность.
Лола собралась возмутиться, но не успела. Нетерпеливый боевик снова кинул камушек в окно, а так как оно сейчас было открыто, то вестник шлепнулся на пол в центре комнаты.
— Мусорит он еще! — буркнула я и подошла к окну.
Под раскидистым деревом, растущим напротив нашего окна, стоял роковой брюнет и нетерпеливо притоптывал ногой.
Я вопросительно кивнула, глядя на него. Шуметь ни он, ни я не решались. Парень поманил меня рукой, я отрицательно покачала головой и постучала указательным пальцем по левому запястью, намекая на время. Он мой жест понял как-то по своему, потому что дважды кивнул и тоже постучал по своему запястью.
— И что это означает? — полюбопытствовала Лола, стоявшая за моей спиной.
