Мы шли вперед, а воронье одеяло постепенно поднималось в воздух и кружилось над нами. Птицы расправляли крылья, взлетали с газона и наблюдали за нами черными глазами-бусинками. Шелестели перья, негромко трещали клювы. Я прижималась к Нику и наконец решилась взглянуть на Эрика, висевшего между деревьев.
Глаза его были закрыты, руки безжизненно болтались вдоль обмякшего тела, которое слабо раскачивал ветер. Пропитавшиеся кровью волосы плотно прилипли к черепу, а прежде светлая рубашка окрасилась красно-коричневым. С его ботинок на землю падали алые капли.
— Джозефин! — закричал я, едва не надорвав горло. — Покажись! Мы знаем, что ты здесь!
Кровь Эрика заливала устланную листьями землю.
— Не будем задерживаться возле него, — сказала Силла.
Мы даже не обратили внимания на летевших за нами ворон, потому что перед нами была целая толпа отвратительных крыс. Они карабкались прямо по ветвям, цепляясь когтями за кору. У некоторых не было глаз, и у многих на шкурах были пятна крови. Эти крысы были зомбированы. Я бы никогда не поверил, что такое возможно, если бы не видел собственными глазами.
— Ну, давай! — снова крикнул я, вкладывая в свой голос все презрение, па какое был способен. — Ты нас не напугаешь, ты только и способна на то, чтобы надоедать да раздражать. Неудивительно, что Филипп сбежал от тебя.
Деревья закачались, и на нас хлынул дождь красных листьев. Позади каркнула ворона, потом еще раз, и еще.
— Они приближаются, — негромко предупредила Силла.
Я обернулся. Птицы выстроились в линию и с распахнутыми крыльями напоминали орла, изображенного на гербе Соединенных Штатов. Голова Эрика чуть приподнялась. Глаза его были закрыты, а лицо заливала кровь. У меня создалось жуткое ощущение, что его сначала окунули в бадью с кровью, а теперь повесили на дерево обсыхать. Губы Эрика вдруг раскрылись, и он произнес:
— Мои звери разорвут тебя на куски, Силла Кенникот, только попробуй приблизиться. — Голос точно принадлежал Эрику, но сейчас он был низким и выразительным.
— Это ты изувечила его? — прорычал я.
— Нет, Ник, не я. И я не советую тебе говорить со мной таким тоном. — Губы Эрика растянулись в улыбке, обнажившей зубы, от вида которой хотелось плеваться.
— Чего ты хочешь?! — крикнула Силла, выступив вперед.
«Убить всех нас», — предположил я, прижав Силлу к себе и показывая таким образом, что в этой схватке нас не разделить.
— Мы покажем вам кое-какие чудеса магии. — Рот Эрика насмешливо скривился.
Одна из ворон, поднявшись в воздух, приземлилась на плечо Эрика. Крысы запищали, заскрежетали зубами и продвинулась ближе к юноше. Птица отступила. Силла, схватив меня за руку, крепко сжала ее.
— А почему мы должны тебе помогать? — спросила она.
Одна из крыс прыгнула Эрику на плечо, затем по его лицу вскарабкалась на голову. Ее когти оставили на лбу глубокие царапины, из которых хлынула свежая кровь.
— Если вы не поможете мне, я убью вас, — ответила Джозефин губами Эрика, не обращая внимания на кровь, затекшую в рот.
— И что, по-твоему, мы должны делать? — продолжила Силла.
— Вы должны исцелить меня своей свежей кровью.
Силла сунула руки в передний карман своего свитера:
— Джозефин, а почему ты не хочешь использовать Эрика для того, чтобы исцелить себя?
Я надеялся, что Силла не подсказывает ей, как действовать; она хочет вынудить Джозефин признаться, где находится ее тело.
Еще одна крыса, неуклюже переваливаясь, поднялась по ветке и добралась до лица Эрика.
— Его телу, — сказала Джозефин, — не хватает энергии и силы семейства Кенникот.
— Похоже, ты и без этого отлично обделываешь все свои дела, — язвительно заметила Силла, взмахнув руками. — В твоей власти весь лес, толпа крыс и его тело в придачу.
Глаза Эрика внезапно открылись. Его лицо стало злобным и хитрым.
— Я хочу получить назад свое собственное тело, девочка.
— Оно все изранено и болит, так ведь? — Силла сделала шаг вперед. Я недовольно поморщился, так как мне не хотелось, чтобы она рисковала собой. — Оно спрятано в лесу? Оно переломано? Умирает? А может, твой дух тоже умирает, Джозефин? Что будет с тобой, если твое тело умрет?
— Ты сумасшедшая, — ответила Джозефин и плюнула. Птицы отчаянно захлопали крыльями, а крыса, сидевшая на голове Эрика, сердито пискнула и вонзила в его кожу когти. — Ты должна не только исцелить меня, но и отдать мне книгу бесценных заклинаний Филиппа.
— А у нас ее нет, — объявила Силла.
Дерево снова закачалось, сбросив еще немного листьев.
— И где же она?! — пронзительно сказала Джозефин.
Я сжал кулаки. Голос Эрика уже невозможно было узнать. Понимал ли он, что на самом деле с ним происходит? Как я мог допустить такое?
— Она благополучно покоится в земле на глубине шести футов вместе с моим братом, — гордо задрав подбородок, ответила Силла, — поэтому то, что нужно тебе, больше недоступно. Как и мне.
Джозефин издала какой-то странный булькающий звук, а затем прокричала:
— Так это как раз то, что нужно, дорогая моя! Мы выкопаем гроб твоего брата, заберем книгу, а также добудем немного его костей для приготовления кармота, который мне просто необходим!
