— Рия Эстелла! — меня подхватили под руки мамка Тесса и мамка Орзи. — Исхудала наша птичка! Загорела! Исчахла!
— А грязна-то как головешка!
— И пахну отнюдь не розами, — радостно согласилась с ними я. — И завтракала горелой кашей на воде.
Мамки порой бывали слишком навязчивы, совсем как наседки, но я умела с ними управляться. Сейчас же я отчаянно жаждала заботы, поэтому с радостью отдалась в их пухлые руки.
Мне мгновенно наполнили ванну с солями и маслами, запихнули меня в блаженно-горячую воду и принялись мылить, попутно засовывая мне в рот то ягоды, то сладкий творог, то булочку. А еще поили горячим травяным отваром с медом. Я блаженствовала.
— Да ты ведь в положении, милочка! — не сразу заметила мамка Орзи.
— Третий месяц как, — согласилась с ней я.
— А от кого же?
— Знать не знаю, ведать не ведаю.
Раздался грохот. Мамка Тесса уронила на каменный пол глиняный кувшин и в ужасе вытаращила глаза. Мамка Орзи стиснула ручки на монументальной груди и запричитала:
— Да кто же посмел мою птичку снасильничать? А братец ваш что, убил разбойника? На воротах повесил? Ах, я знаю! Он привязал его за ноги к коню и пустил в поле…
Я заморгала, недоумевая, почему она сразу подумала о насилии, но потом осторожно уточнила:
— Что ты, Орзи, разве я позволила бы кому-то причинить мне зло?
— Так ведь мужчины порой не спрашивают позволения, — очень тихо, так, что я едва расслышала, пробормотала Тесса.
— Нет, это было… приключение! Красивое любовное приключение! Я соблазнила генерала в гостинице, — легкомысленно хихикнула я, запоздало заподозрив, что в моей чашке были не только травы и мед. — Я ведь вдова! Я могу!
— И понесла? — удивилась Орзи. — Сильное, видать, семя, у вашего генерала. И что же он, отпустил такую красавицу?
— Я сбежала. И теперь у Сольвейнов будет наследник!
— Наследница, — поправила меня мамка. — Знаешь же, что я повитуха и магичка. Девочку ты носишь, дорогуша, точно говорю.
Я зажмурилась, невольно заулыбавшись. Девочка! Куколка моя! Буду плести ей косы, наряжать в шелка и кружева, учить ее танцевать… Если мне позволят. Боюсь, после родов мою дочь заберут. Может, даже на руках подержать не успею.
Счастье мгновенно испарилось, как и не было его. Я поднялась во весь рост и потребовала простынь.
— Да что ты, душенька, расстроилась, что не мальчик? Девочки же еще и лучше!
О да! Их можно продать задорого. Мальчик хоть за себя постоять смог бы, а девочку никто не спросит даже, нравится ли ей жених… Не позволю, не отдам! Но для того, чтобы защитить своего ребенка, мне нужен сильный союзник. Нужно взглянуть на этого Роймуша. Что он может справиться с Фредериком, я уже знала. Захочет ли он меня поддержать?
Все, что я знала о женихе — то, что он прилично младше меня. Ему едва ли не шестнадцать. Надо сказать, меня в том же возрасте выдали замуж. Итак, я его старше, и это не слишком хорошо. К тому же я два месяца жила в лесу, толком не мылась и плохо питалась. Да и беременность не всегда женщину красит.
Но все же я по праву когда-то считалась одной из прекраснейших девиц Иррейи, и красота моя никуда не делась. Светлые кудри до пояса, темные глаза, нежная кожа. Длинные ресницы, пухлые губы, статная фигура. Живота еще не видно, а вот грудь налилась, округлилась. А что бледна от утреннего недомогания, то и славно. Мужчинам нравятся томные женщины.
Я оказалась права: мой будущий жених вел себя в замке в высшей степени порядочно. Он нас не грабил, все мои старые платья и даже драгоценности были на месте. Исчезло лишь несколько книг да опустел винный погреб. Впрочем, сдается мне, что к последнему приложил руку Фредерик.
Мамки отзывались о “захватчике” сдержанно, но без обиды. Сказали, что высокий, красивый да ласковый. Не буянил, слуг не бил, девок не портил, а все больше сидел в библиотеке и читал всякое. Узнав, что нас с Роймушем сватают, охать и плакать не стали, а даже немного и повеселели, особенно, когда я пообещала взять их с собой в новый дом.
Мой покойный муж наотрез запретил мне когда-то везти в его дом чужих людей. Даже платья не взял, даже украшения. Его, впрочем, понять можно. Родовая магия — это не шутки. Все люди, живущие в моем замке, служат только крови Сольвейнов и больше никому. А на фамильных ожерельях какие только заклинания не наложены…
Тогда договор подписывал дед, и ему важнее были деньги, чем мои желания и страхи. Теперь же я намеревалась отстаивать свою позицию.
Хоть и не было у меня оружия кроме красоты и спящей магии, но и этого мне будет довольно.
Я снова придирчиво оглядела себя в зеркале, убедилась, что выгляжу великолепно, и спустилась в столовую. К ужину должны были прибыть гости: жених мой и его дядюшка, которого король поставил судьей в нашем извечном споре. Фредди уже хорошо знал обоих, я же сгорала от любопытства.
