В следующий миг я почувствовала себя бусиной на соединяющей нас нити. Бирюза и янтарь во мне сплелись воедино. Какая-то непонятная сила унесла меня обратно к «Недотроге», сияющая связь превратилась в тяжелую серую цепь, перевитую красной нитью клятвы, а сила влекла меня дальше, дальше, до самого барьера.
Он по-прежнему защищал место, в которое я должна была попасть, но теперь получилось различить предметы перед барьером. Беседка из белого камня, оплетенная плющом, рядом на высоком постаменте мраморный эльф-охотник с луком. Чуть вдалеке виднелся разрушенный пустошью и временем некогда богатый дом, в двух шагах от меня по искусственным порожкам бежала вода. Пахло травой, нагретой за день солнцем, и я чувствовала тепло, исходящее от белых плиток дорожки. Она вела в одичавший сад, и я знала, что мне нужно пройти по ней за магическую преграду.
Видение откинуло меня назад, к «Недотроге», и отпустило.
— Судя по твоему лицу, тебе удалось, — заметил дедушка.
Я кивнула, с сожалением думая о том, что не удалось поговорить с Шэнли хотя бы в видении.
— Теперь ты понимаешь, о каком друге я говорил? — явно желая подбодрить, дедушка заглядывал мне в лицо.
— Понимаю, — выдохнула я. — Знать бы еще, что он обо мне думает.
— Это беда всех влюбленных, — пожал плечами он. — Слушай свое сердце, оно давно знает ответ.
Я снова кивнула и, чтобы сгладить неловкость, спросила:
— В видении меня сковывала цепь…
— А, связь судеб, — тут же догадался Нальяс. — Это означает лишь, что Зуар появился в твоей жизни не случайно, так было предопределено. И он, и ты в равной степени можете и будете влиять на судьбы другого до тех пор, пока связь не распадется. Его интерес к тебе вернул семье дворянский статус, косвенно повлиял на подарок короля. Твое влияние на него пока меньше, но, возможно, все впереди.
— Я не хочу ни на кого из драконов влиять, — хмуро бросила я. — Хочу, чтобы они оставили меня в покое. Как можно разрушить связь судеб?
— Никак, — покачал головой дедушка. — Связь — предназначение, воля Великой. Ты должна выполнить свою часть и только тогда связь судеб исчезнет.
— Это не тот ответ, который хотелось услышать, — насупилась я.
Он улыбнулся, погладил меня по плечу:
— Ты справишься. Ты сильней, чем думаешь. Сильней, чем считают другие. И я говорю не о даре, а о силе духа.
Дедушка легко взмахнул свободной рукой, и в воздухе засияла старая теронская руна «Сила духа», передающая сочетание звуков «лья».
— Это не совпадение, — уточнил он. — Эта руна появилась в нашем роду с первым Пророком. Каждому носителю дара на долю выпадают испытания. Каждому. Будь стойкой, Льяна. Ты справишься.
— У тебя были видения о том, как я замечательно справлюсь? — подробности услышать не мечтала, мне бы хватило для спокойствия и простого «да». Но ответ опять оказался не таким, как хотелось.
— Нет, к сожалению. Великая закрыла от меня твою судьбу, — вздохнул дедушка. — Это не мешает мне верить в то, что ты выполнишь предназначение и разорвешь связь с Зуаром. Не знаю, может, это тебя приободрит… Справляться с заданиями Великой — наша семейная традиция.
Он улыбнулся, немного виновато, но светло. И в самом деле на душе стало легче, а его уверенность придавала мне сил.
— Спасибо, что веришь в меня, — выдохнула я.
— Иначе и быть не может, Льяна, — дедушка Нальяс шагнул ко мне, обнял. — Я знаю, что верю не зря.
Я прижалась к нему осторожно, чтобы неловким движением не разрушить иллюзию необычной плотности призрака.
— Тебе пора, — тихо сказал он. — Ты многое узнала сегодня, но тебе нужно отдохнуть и набраться сил. Завтра в дорогу, а времени до рассвета осталось немного. Уже полночь, не меньше, — дедушка Нальяс широким жестом указал на защищающий «Недотрогу» купол.
Я огляделась. Надо мной звездным шатром раскинулось небо, в высокой траве пели сверчки, где-то далеко ухала сова. Призрачная, едва различимая фигура ещё молодого эльфа стояла по ту сторону защитного барьера.
— Прощай, Льяна, — раздался тихий шепот.
По щекам покатились слезы, дышать стало трудно, так же тяжело, как и прощаться с дедушкой. Пальцами вытирая неприятно холодные щеки, старалась не всхлипывать и неотрывно смотрела на исчезающего в чуть заметном радужном сиянии призрака.
— Хвала небесам! — выпалил рядом Видмар.
Я вздрогнула от неожиданности и резко повернулась к человеку.
— Что это все было? Ты как под купол прошла? Как? — сыпал вопросами он, нависая надо мной.
— Не знаю, Видмар… Пожалуйста, дай мне немного в себя прийти, — взмолилась я. — Пожалуйста!
Он посмотрел на меня с укором, покачал головой:
— Пойдем, накормлю.
Утренние птичьи пересвисты разбудили Шэнли Адсида. Он чувствовал себя удивительно хорошо отдохнувшим, а резерв, судя по ощущениям, почти полностью восстановился. Учитывая очень большие растраты накануне, такое восстановление магических сил без кристаллов и эликсиров было возможно только в одном случае — в случае зачарования. Это укрепило лорда Адсида в мысли, что исключительно приятный сон с участием Льяны к обыкновенным сновидениям не относился.
