Увлекаясь одной великой спортсменкой, я попутно узнавала и о других звездах спортивной гимнастики. Оказалось, что советская и российская история очень богата олимпийскими чемпионами, победителями мировых и европейских чемпионатов. Узнавала о достижениях
Так получилось, что буквально накануне моего первого отъезда на спортивно-тренировочные сборы в Москву папа вернулся домой с работы неожиданно рано. Сияя от радости, он сообщил, что нашей семье дают трехкомнатную (!) квартиру почти в самом центре Белгорода. Мы все быстренько собрались и вместе отправились ее смотреть. Папа торжественно распахнул дверь, мы вошли и замерли от восхищения. Я тут же, не выдержав нахлынувшей волны восхищения, прокатилась по большой комнате колесом и воскликнула:
– Мама! Неужто это все наше?! – и мой голос разлетелся эхом по всем комнатам: мебели в комнатах еще не было, и квартира буквально звенела.
– Наше! – в один голос, не сговариваясь, воскликнули родители.
– И никто ее у нас не отберет? – не верила я своим глазам.
– Нет, конечно! Она наша, – успокоила мама. – Ну, девчонки, выбирайте себе комнату…
Но мы с сестрой будто ее не слышали: радостно отплясывали брейк-данс, перекатываясь из одной комнаты в другую… Оформление прошло как-то очень быстро, переезд тоже не занял много времени. Мебели у нас было совсем не много, поэтому, когда мы окончательно перебрались в эту квартиру, папа сделал нам с сестрой спортивный уголок, где были и трапеция, и кольца, и шведская стенка, а в дверном проеме он повесил перекладину, на которой мы подтягивались и которая по мере нашего взросления поднималась все выше и выше. Правда несколько лет спустя, когда я уже большую часть времени находилась на сборах в Москве, а Юлька тоже начала серьезно тренироваться в спортивном зале, на домашний стадион уже не было ни времени, ни сил. Поэтому наш спортивный уголок был превращен в гардероб.
От нового дома до спортивного зала «Спартак», где я тренировалась, было рукой подать – пешком через парк минут двадцать. И в этом парке, возвращаясь с тренировок домой, я подбирала бездомных котов и кошек, чтобы накормить их и приютить в наших новых «хоромах». «У всех должен быть свой дом», – считала я и приносила их к себе: уж больно жалко мне их было.