– И не собираюсь, – я поднесла саблю к волчьему горлу. – Одно движение, и ваш приятель умрет, – добавила я.
Все застыли. Инстинкт Стаи пересилил гнев, но злить оборотней уже не следовало.
– Хватит, – раздался голос Кэррана.
Парни, преграждавшие мне путь, расступились, и я увидела Царя Зверей, стоящего у жаровни.
– Рядом! – бросила я Дереку.
Он неохотно убрал лапы с груди своей жертвы. Перешагнув через коренастого Мика, я направилась к Кэррану.
Волк потрусил за мной, точно пес-переросток.
Мы оказались на сцене. Радужки Кэррана сверкали золотом. Он был в бешенстве. Не обращая на него внимания, я шагнула к жаровне, закатала правый рукав и провела рукой по пламени. Как больно! Завоняло палеными волосами и кожей. Собравшиеся загалдели. Я доказала им свою человеческую природу и умение контролировать себя – что, кстати, в первую очередь требовалось от любого нормального ликантропа.
Ни один пошедший вразнос перевертыш, звериная натура которого взяла верх, не может коснуться пламени. Это жизненно важный и тайный ритуал Стаи.
Уверена, оборотни и предположить не могли, что он мне известен.
Лицо Кэррана осталось каменным.
– Пойдем, – вымолвил он.
Я послушалась. Дерек трусил за мной.
Кэрран открыл дверь в стене. Мы прошли короткий коридор, который заканчивался новой дверью, после чего очутились в комнатушке. Здесь на мягких стульях сидело восемь персон: три женщины и пятеро мужчин. При появлении вожака все встали. Тут обнаружился и Джим. Получается, мой старинный приятель – член Совета Стаи? Забавно.
Присутствующие таращились на волка, на мою руку и на Кэррана. Джим открыл было рот, но тотчас его захлопнул.
– Дерек! – позвал Кэрран.
Оборотень поднял взгляд. Огонь в глазах вожака опалил его: Дерек казался загипнотизированным. Царь Зверей издал странное рычание, в котором слышались человеческие интонации и явственно прозвучал приказ.
Волк задрожал. Кэрран повторил его имя. Дерек затрясся и заскулил, поджарое тело забилось в конвульсиях.
Кэрран посмотрел на меня:
– Освободи его.
– Это просьба или повеление?
Его лицо перекосилось: хищнику хотелось вырваться на волю.
– Просьба.
Опустившись перед волком на колени, я запустила пальцы в густой мех, коснулась кожи. Дерек продолжал дрожать.
– Помещение экранировано? – уточнила я.
Кэрран кивнул. Я перевела взгляд на Дерека и прошептала:
–
И по моему телу прокатилась мощная волна. Перед глазами поплыли красные круги. Пришлось потрясти головой, чтобы не отключиться.
Волк рухнул навзничь, будто его сухопарые лапы внезапно подкосились.
Кэрран грозно зарычал. Зверь исчез в сгустившейся дымке.
На полу лежал голый и взмокший парень.
– Я не мог противиться, – прохрипел он.
– Знаю, – произнес вожак. – Ничего, все нормально.
Мальчишка вздохнул и потерял сознание.
Длинноногая брюнетка лет тридцати с хвостиком накрыла его одеялом.
– Попробуешь закабалить еще кого-нибудь из моей стаи – убью.
Кэрран сказал это просто, как будто проинформировал о чем-то обыденном, однако я по глазам видела: не шутит.
Разорвет в клочья и даже не поморщится. Ни на миг не усомнится. Прикончит и продолжит жить – как ни в чем не бывало.
Ну, жила на свете какая-то Кейт. Подумаешь, большое дело.
От страха я едва не обмочилась. Сделала над собой усилие и рассмеялась, посмотрев прямо в его наглую морду:
– Рассчитываешь в следующий раз сам поучаствовать, котик? Хотя, по здравом размышлении, советую тебе не забыть о свите, чтобы твои дружки меня держали. По-моему, ты превращаешься в офисного менеджера.
Кто-то издал сдавленный возглас. Доигралась, теперь я – труп. Физиономия Кэррана перекосилась, похоже, у него кровь так и забурлила в жилах. Неимоверным усилием воли он восстановил самоконтроль. Это действительно далось ему с трудом. Лицевые мышцы постепенно расслаблялись, гнев остывал. Яростный огонь в глазах потух, превратившись в ровный янтарный свет. Сейчас передо мной был спокойный, уравновешенный человек.
Ничего страшнее я в жизни не видела.
– Ты мне понадобишься, – сказал он и обернулся к Совету. – Корвин готов?
– Да, господин, – прогудел пожилой здоровяк с бочкообразной грудью, широкими плечами и ручищами, которым бы позавидовал любой кузнец.
Ему явно шел шестой десяток: в густой черной бороде и смоляной гриве посверкивало серебро.
– Хорошо. Отведите ее в ту комнату. Я скоро к вам присоединюсь.
Чернобородый открыл дверь слева и галантно придержал ее для меня:
– Прошу.
Я соизволила.
Мы с бородачом шли бок о бок по извилистому коридору.
– Меня зовут Мэхон, – представился он.
В его звучном голосе чувствовался легкий шотландский акцент.
– Очень приятно, – автоматически ответила я.
– При других обстоятельствах это могло быть куда приятнее, – усмехнулся он.
– Знай я, как Стая встречает гостей, предпочла бы Юникорн-лейн.
– Вы должны понять Кэррана. Он не позволит никому забрать то, что принадлежит ему. Иначе пошатнется авторитет вожака. Пойдут всякие шепотки, мол, не случится ли с ним то же, что с Дереком…
– Я знакома с обычаями стаи.
– Кроме того, вы для нас – чужая. А Стая не доверяет чужакам.
