После сегодняшнего вечера Элизабет больше никогда не сможет попасть ни в одну Великую библиотеку. Однако все это не будет иметь никакого значения, если Эшкрофт сумеет воплотить свои планы в жизнь. Великие библиотеки попросту завершат свое существование. Элизабет не знала, кто вызывал в ней больше ярости – Эшкрофт или Наставник Хайд. Одна мысль о том, что мир может рухнуть из-за решений одного-единственного недалекого человека, имеющего власть, приводила ее в бешенство…
– Элизабет! – воскликнул Натаниэль. Она резко повернулась к нему. Внезапно ее осенила мысль, что хранитель не забрал у них пузырек с кровью Прендергаста.
– Ты можешь воспользоваться им, чтобы освободить нас?
Натаниэль тяжело дышал, глядя на нее. Ему потребовалось некоторое время, чтобы понять смысл ее вопроса.
– Нет, – ответил он, – до тех пор пока на мне железные кандалы. Послушай…
Однако она оборвала его на полуслове, повернувшись к решетке.
– Наша битва с Эшкрофтом была после полуночи, – сказала девушка. – Духовенство не могло послать кого-то раньше этого момента. Гонец не доберется сюда еще в течение нескольких часов. Мы будем торчать в этом подземелье, когда все королевство сгорит в огне.
– Элизабет. Ты делаешь себе больно.
– Вовсе нет.
После первого укола боли в руке она чувствовала себя в полном порядке. Натаниэль протиснулся между ней и решеткой прежде, чем она смогла снова взяться за свое.
– Посмотри на свои руки, – произнес он со странным выражением лица. Элизабет повернулась, заглядывая через плечо и подняв руки, насколько это было возможно, будучи закованной в кандалы. Тусклый свет факела упал на ее кожу, и девушка убедилась, что Натаниэль прав. Повязка на ладони потемнела от крови. Она чуть не оторвала себе два ногтя.
– Присядь. – Его плечо прижалось к ее плечу, увлекая девушку в дальний конец камеры. – Отдохни немного.
Она неохотно побрела, повинуясь ему.
– Мы так и не выяснили, как Эшкрофт осуществлял свои нападения. Если он работает не один… – Элизабет замолчала, обеспокоенная тем, как мало они на самом деле знали. – Мы должны быть готовы ко всему.
– Ты не сможешь быть готовой ко всему, если убьешься о решетку этой камеры. Честное слово, Скривнер. Нет необходимости выбираться отсюда самостоятельно. Сайлас придет и спасет нас.
Сайлас. Она совсем забыла о нем.
– Но как он узнает, что нам нужна помощь?
– Он просто знает. Всегда чувствует, когда я попадаю в беду. – Натаниэль поморщился, сползая вниз по стене, и неловко сел на пол с закованными руками, упираясь плечом в камень. – Иногда мне кажется, будто он считает: я по умолчанию попадаю в неприятности, когда его нет рядом. Однако я предпочитаю доверять его сверхъестественной интуиции.
Чувство вины поглотило Элизабет целиком. На самом деле, это Натаниэлю следовало сейчас отдыхать, а не ей. Расстроенная, она присела рядом с ним. Мгновение спустя маг подвинулся на несколько дюймов, пока его плечо не коснулось ее.
Все неистовство ушло, оставив ее уставшей и закоченевшей. Их дыхание было единственным звуком в гробовой тишине подземелья. Элизабет хорошо помнила эту тишину еще со времени заключения в Саммерсхолле – ее гнетущее влияние и то, как она действовала на разум. Девушка не могла представить, насколько ужасно было бы оказаться заключенной в таком месте в одиночестве, зная, что самое надежное хранилище королевства скрывается где-то поблизости в каменном лабиринте, а его дремлющие обитатели, если их освободить, достаточно сильны, чтобы уничтожить город целиком…
У нее перехватило дыхание.
– Что такое? – спросил Натаниэль.
Она повернулась к нему.
– Гримуар, который создал Бальтазар, называется «Хроники мертвых»?
Он напрягся. Его лицо казалось призрачным, а глаза темными океанами блестели в слабом свете факелов. На мгновение ей показалось, что он не ответит на ее вопрос. Наконец он кивнул.
Элизабет не хотела говорить, но должна была это сделать.
– Он находится здесь, в Харроусе. Они тайно переправили его в ту ночь, когда я украла Кодекс.
Натаниэль вскочил на ноги.
– Почему ты мне ничего не сказала?
– Я забыла об этом. В то время так много всего произошло. – Тоска сжала ее сердце, когда она увидела, как Натаниэль отвернулся и зашагал по камере. Поначалу замявшись, она спросила его:
– Что ты знаешь о Хрониках?
Натаниэль резко остановился, глядя в коридор. Когда он заговорил, его голос звучал отрывисто.
– В нем, среди других некромантических ритуалов, хранится заклятие, которое Бальтазар использовал, чтобы поднять из мертвых свою армию. Что касается того, какой мощью он может обладать, превратившись в малефикта, то это больше область изучения библиотекарей, а не моя.
Она сидела молча и ждала. Он что-то не договаривал. Наконец, Натаниэль прислонился лбом к решетке и продолжил:
– Мой… мой отец читал его, чтобы подготовиться к своему ритуалу. Когда он закончил, то был уже не тем человеком, что прежде. Я так и не смог понять, что именно в нем изменилось. Иногда мне казалось, словно он забрал часть этой книги с собой, а иногда – что потерял в ней частичку самого себя.
Она внимательно всматривалась в лицо Натаниэля.
