Раздался яростный рык, и мы, будто в театре теней, наблюдаем, как на одну из двух фигур нападает третья. Пара взаимных ударов и напавший оказывается прижат к стене.
– Алерой!
Страх вмиг пропадает и я, не разбирая дороги, спешу на помощь. Судя по топоту за спиной, друзья бегут за мной.
– Отпусти его! – едва завидев, державшего Алероя, демона, ору на русском.
От моих слов демона лишь пару раз несильно тряхнуло и только. Единственное чего я добилась, так это того, что он обернулся.
– Аа, врушка, – оскалился он при этом, – Не стоит этого делать, – вскинув свободную когтистую лапу, магией отшвырнул подоспевших за мной и успевших бросить заклинание, друзей, отгородил меня от них барьером, – Как тебе наш портитор? – демон вновь обратился ко мне и кивнул в сторону светящейся ямы, – Признаться, я тебе так благодарен за него.
Следуя кивку, кидаю беглый взгляд и едва не зависаю от увиденного. Лохматый, размером с трёхгодовалого медведя, зверь, перебирая передними лапами, спускает в яму, образовавшиеся в когтях, яркие искры, которые, переплетаясь, образуют нечто наподобие лестницы. Мой Хомка, а судя по узнаваемой, пусть и увеличившейся в размере, кисточке на хвосте, это именно он, будто под гипнозом прокладывает путь через портал.
«Миленький, как же так? Что он с тобой сделал?»
Поразившись изменениям малыша, не могу сдержать порыва:
– Да чтоб тебе пусто было! – кричу демону, что есть мочи на русском, – Сдохни тварь! – пускаю всю успевшую накопиться магию.
Демона швыряет об стену, в результате чего он отпускает бессознательного Алероя и отгораживающий друзей щит. Но я не останавливаюсь.
– Сдохни! Сдохни! Сдохни! – не обращая внимания на осыпающиеся стены продолжаю кричать.
Демона швыряет об них, что куклу и нет уже никаких признаков жизни, но я никак не могу остановиться. Кажется, меня окрикивают, но останавливает появившаяся перед глазами оскалившаяся, лохматая морда.
– Рита, осторожно! – Кемиллус успевает отдёрнуть меня и прижать к себе.
Когтистая лапа полоснула по воздуху. Следом раздался звериный рык досады и Хома, тяжело топая и хрипя, пошёл на нас. Кемиллус оттаскивает меня дальше и задвигает себе за спину, готовит заклинание. Гаюс следует его примеру. Подоспевшие с другой стороны ямы Морсель, Скай и Черз уже бросили свои.
– Нет! – представляю, как развеиваются, брошенные ими, заклинания, – Не надо! – обращаюсь после к друзьям, – Не раньте его!
– Рита, милая, – видимо Авила решила вразумить меня, но её жалостливый голос полоснул по сердцу больнее, нежели внешний вид изменённого Хомки.
«Нет, я не сдамся».
Поворачиваюсь к топающему зверю.
– Хома, Хомочка, родной, – ласково зову и делаю шаг на встречу, – Это же я.
– Рита не глупи, – чья-то рука оказывается на моём плече.
– Не лезь, – кидаю на русском и представляю отгораживающий, прозрачный купол, который бы отделил нас с Хомой ото всех.
«Хм, а у меня с каждым разом получается всё лучше», – с долей гордости отмечаю успех.
– Я не позволю вам убить его, – объясняю бьющимся о барьер друзьям – Я не могу лишиться и его.
По траурному лицу Морсель, которая появившись с другой стороны, бросилась к Алерою, понимаю, что, едва обретя брата, уже его потеряла.
Поэтому за Хомку буду стоять до конца. По гримасам отчаянья друзей понимаю, что совсем уже не маленький малыш подошёл слишком близко. Резко поворачиваюсь и, подныривая под замахнувшуюся лапу, что есть мочи крепко обнимаю необъятную тушу.
– Милый, дорогой, я здесь, рядом, – бормочу на русском, – Вернись, прошу. Ты нужен мне. Хомка.
Зверь замирает и вроде бы даже слушает. Окрылённая успехом продолжаю вжиматься в густую шерсть и бормотать ласковые слова. Вот только появившаяся из ямы рогатая морда, а затем, исчерченный грубыми рубцами, мужской торс, заставляют замереть и испугом дрогнуть сердце.
Наблюдаю, как от поверженного мною демона отделяется нечто чёрное и роем пчёл перелетает к появившемуся из ямы жёлто-красному сородичу. В этот же момент, боль, от которой темнеет в глазах, пронзает спину и я, чтобы сдержать стон упираюсь лбом в лохматую грудь мучителя. А он, будто играясь, пробует на моей спине каждый коготок. Превозмогая боль, поднимаю голову и нахожу чужие, красные глаза.
– Хомочка, – вглядываюсь в них и в бессилии оседаю на землю.
31
Вопреки ожиданиям сознание я не потеряла. Как ни странно, именно боль в спине помогла держаться, когда жёлто-красный, трёхметровый демон, размяв конечности, когтистой лапой коснулся моего куполовидного щита. Тот лопнул, как если бы это был мыльный пузырь, и демон беспрепятственно шагнул через него. Морсель и Скай только успели отволочить Алероя, Черз прикрывал. Действие ребят дало надежду на то что брат жив. Рискуя собой, бездыханное тело, думаю, они не поволокли бы.
Но демону будто нет дела ни до бросаемых в него заклинаний, ни до окружающих магов, он размашистым, тяжёлым шагом, продвигается к телу поверженного мною демона. Пользуясь, возникшим вдруг, ступором Хомки, с интересом наблюдаю за шагающим демоном, но, так как щит развеялся, Кемиллусу вновь удаётся оттащить меня в сторону.
