Я и Мела стояли рядом с Гансом. Колдунья, как всегда, выглядела мрачной и недовольной. Её маленький любимый сыночек спал. Мне этот мальчик теперь нравился куда меньше, чем его мать. Он всё делал словно по расписанию, я проверяла. Спал, ел, плакал в одно и то же время. То же и с другими вещами, на которые только способны маленькие дети. А Мела словно ничего не замечала. Она просто по-прежнему сюсюкалась со своим ребёночком, а на мои попытки обратить её внимание на все эти странности никак не реагировала, считала, что я просто к ней придираюсь. Может, я просто действительно чего-то в уходе за маленькими детьми не понимаю?
Ганс аккуратно положил корону в круглую глубокую миску и залил её серебристой жидкостью. Я фыркнула, стараясь сдержать внезапно напавший на меня приступ смеха. Мела с негодованием скосила на меня глаза, а сам маг не обратил на это никакого внимания, продолжая заниматься своим делом. Я с трудом сумела сохранить серьёзный вид, поджав губы, чтобы легче было сдерживать хихиканье. Ганс, колдующий над этой тарелочкой, выглядел со стороны довольно комично.
Жидкость, оказавшись рядом с короной, зашипела, повалил пар. Ганс отшатнулся в сторону. Серебристый раствор быстро испарился, а корона осталась целой и невредимой.
- Так, значит, поступим по-другому, - пробормотал маг и полез в шкаф, стоявший у меня за спиной.
Я отошла в сторону, с интересом наблюдая за колдуном. Он распахнул дверцы и принялся разглядывать содержимое полок. На верхней лежали книги, сложенные стопками. На второй - какие-то баночки, заполненные разноцветными порошками, а на третьей - колбочки с различными жидкостями.
- Не знала, что ты алхимик, - удивилась я.
- Не совсем, - рассеянно ответил Ганс, разглядывая одну колбочку на свету. - Просто хорошо знаю отдельно химию и отдельно магию.
Я промолчала, обдумывая сказанное. Не думала, что он ещё и к химии способности имеет.
А вот Мела внимательно наблюдала за каждым движением Ганса, в тёмных глазах колдуньи-вуду читались преданность и восхищение. Я не сдержалась и хихикнула, снова заработав сердитый взгляд колдуньи.
У Ганса дрогнула рука, и он уронил флакончик, который держал. Колдун сердито посмотрел на нас, ткнул пальцем в мокрое пятно на полу и, повысив голос, сказал:
- Ваше счастье, что это не было что-то опасное!
Меня ещё больше разобрал смех, поэтому я, зажимая себе рот ладонями, чтобы как-то сдержать его, выскочила из комнаты, громко хлопнув дверью, а уж в коридоре позволила себе расхохотаться.
Отсмеявшись, я прислонилась к двери и прислушалась к звукам происходящего. Ганс молчал, было слышно лишь постукивание стеклянных флакончиков о стол. Мела временами хотела что-то сказать, но после нескольких бессвязных слов снова замолкала. Интересно, Ганс действительно не обращает внимания на то, что колдунья в него по уши влюблена или просто притворяется? Хотя, возможно, что Мела замужем, ведь у неё есть сын. Но если муж действительно есть, то куда он делся?
Я пошла в свою комнату. В Облачную Башню я больше не возвращалась, поскольку недавно засветилась вместе с Гансом в Магиксе. Теперь колдун всерьёз принялся меня обучать чёрной магии. Хотя выходило у меня далеко не всё, но мне эти занятия казались более интересными, чем уроки в школе ведьм.
Но я все равно всё-таки не понимала, какими путями Ганс собирается достигнуть своих целей. Да и как-то не укладывалось в моей голове, каково это - властвовать над кем-то. Уж очень трудно было всё это представить.
Я опустилась на колени и распахнула свой чемодан, перебирая лежащие в нём вещи. Мне пришлось быстренько забирать всё самое основное из своей комнаты в Облачной Башне несколько дней назад. И все эти нужные вещи теперь лежали вперемешку в чемодане. Найти здесь теперь что-либо было очень трудно. Я вытащила конверт, лежащий под носком и среди золотистых браслетиков.
Это было письмо от отца. Оно пришло мне уже в первые дни учёбы. Судя по тому, как странно оно было написано, папа до сих пор не отошёл от колдовства Ганса. Предложения были построены так, что их смысл можно было разобрать с трудом, настроение отца словно менялось в каждой строчке, а почерк стал нечётким и неразборчивым. Я это письмо сначала еле прочитала. Смысл его был в том, что папа за меня рад, но при этом он сердится, а ещё просит меня быть осторожной. Я на это письмо так и не ответила, поленилась. Интересно, что думает отец о моей учёбе сейчас? И что бы он сказал, если бы знал о Гансе?
Я хихикнула, засунула конверт обратно в чемодан, подошла к своей кровати и села на неё, а затем откинулась на спину, размышляя о своём будущем. С одной стороны, происходящее интересовало меня, я чувствовала себя героиней какого-нибудь приключенческого фильма или даже просто исторических событий. А с другой, меня тревожила неизвестность. Что будет, если все планы мага провалятся? Его уже разыскивают по всему Магическому Измерению, а колдун только планирует напасть на главный город Магикса.
Мне стало скучно, и я начала подумывать над тем, чтобы вернуться в комнату к Гансу. Тут в дверь комнаты постучали.
