В 1913 году американские банкиры создают Федеральную резервную систему (ФРС) США, куда входит 13 частных еврейских банков, для финансирования Первой мировой и развала четырех империй. Габсбурги понимали, что революция в России заставит еврейский капитал бежать в Вену. Исторический театр абсурда начинался в столице шпионов Вене и банковских домов мира Цюрихе и Базеле, а дирижером «красной капеллы» являлся старый рептилоид, аферист и мошенник Ротшильд. Это Ротшильды создали разведывательную организацию «Коминтерн» под красным знаменем, этот цвет крови являлся их родовым символом достижения глобальной финансовой власти. Динозавры, драконы, грифоны и другие хладнокровные рептилоиды не вымерли на Земле в ледниковый период, они трансформировались в некую энергоформу подобия человека. Они спрятались в страшных замках и на одиноких островах, где ведут закрытый образ жизни, стяжая золото и поедая человеческую плоть.
В январе 1913 года усатый грек в элегантной шляпе и с деревянным чемоданом в руке прибыл на Северный вокзал Вены из Кракова. Извозчик доставил господина Ставроса Пападопулоса по адресу Шёнбруннершлоссштрассе, 30, где и сегодня располагается тот же недорогой отель. В холле маленькой гостиницы стоял великолепный бильярдный стол, обтянутый зеленым сукном, а у большого витринного окна ютилось несколько литых чугунных, с ажурными ножками столиков. За столиками постоянные посетители безмятежно пили ароматный кофе и смачно, дюжинами поедали венские пирожные. Запах молотого кофе и горячего шоколада пьянил и манил жителей и гостей старой Вены. Из воспоминаний участника событий тех далеких лет, человека, который по конспиративной линии встречал гостя из Кракова: «Я сидел за столом, когда дверь с шумом распахнулась и вошел незнакомец. Он был низкорослым… худым… его серовато-коричневая кожа покрыта оспинами… я не увидел в его глазах ничего, что говорило бы о дружелюбии».
«Серо-коричневая кожа» – эти слова и архивная информация о том, что Сталин не мог долго находиться в ярко освещенном помещении, засели глубоко в аналитической структуре мозга Звездочета. Все дачи Сталина были оборудованы специальной системой приглушенного освещения и глубокими бункерными коммуникациями, залегающими на 17-метровой глубине и ниже. К бильярдному столу подошел молодой хорват по имени Амброз, одетый в военную форму унтер-офицера Австро-Венгерской армии, и поставил шары в треугольную пирамиду. Свет в зале был очень темный, лица игроков были неразличимы, световой поток от круглой, висячей на жгуте лампы падал только на шары и лузы. У молодого Амброза, курсанта венской разведшколы, было задание – внедриться в политические круги социал-демократов, вот он и слонялся сутками по недорогим заведениям Вены, где могли собираться «буревестники революции». В будущем Амброз, сын польской графини из Венгрии, в своей разведывательной работе будет использовать более тридцати псевдонимов и станет наконец лидером Югославии – великим Броз Тито, а псевдоним Амброз отпадет, как хвост у рептилоида. На приеме у английской королевы, по легенде, крестьянский сын Тито будет играть на рояле Шопена и наизусть на английском языке цитировать Вильяма Шекспира. Королева Елизавета II скажет своему окружению: «Если этот человек – слесарь, то тогда я – не английская королева».
Ставрос Пападопулос имел секретное задание от императорского генерального штаба России – внедриться и окончить венскую разведывательную школу. Это потом он в 1920 году окончит высшие курсы Академии генерального штаба молодой новой России под чужой фамилией Тер-Петросян (Камо), настоящий большевик Камо погибнет под колесами единственной машины в городе.
В углу за столиком сидел молодой и страстный итальянец Бенито и кокетничал с дамой в черной шляпе, украшенной страусиными перьями. Дама громко смеялась, прикрывая свое некрасивое лицо веером, словно хотела обратить на себя внимание других мужчин, которые не случайно зашли в заведение. Дверь за визитерами закрылась сама, прозвенел колокольчик. Двое мужчин, эмоционально жестикулируя руками, о чем-то громко спорили, Троцкий и Бухарин искали глазами свободный столик. Дама в черном чаще стала обмахивать себя веером, ее большая грудь, выпирающая из-под ажурного декольте, трепетала. Полное лицо налилось пунцовым цветом, мозги произвольно давали волю ее сексуальным фантазиям. Анжелика Балабанова тайно предвкушала сладость от нового группового знакомства. В темном углу под лампой, развалившись, сидел Александр Парвус, рядом Надежда Крупская и Владимир Ульянов. Крупская с водяными навыкат, выпученными рыбьими глазами, одутловатым лицом посмотрела на вновь прибывших ходоков, загадочно улыбнулась и жестом пригласила их присесть за свой столик. Интерес дамы в черном к ходокам был мгновенно потерян. Страстные черные глаза Анжелики впились в итальянца и стали мысленно пожирать молодого Бенито, из двух влюбленных сердец струилась любовь. Бенито по заданию английской разведки ошивался в Вене.
