— На полигоне все под контролем. Вы в моем рабочем кабинете в казармах. Я принес вас.
— Надеюсь, вы накрыли нас пологом невидимости, когда несли, — уверенная в положительном ответе сказала я. Теорию магии я все же знала, отец пытался меня чему-то научить в свое время. Но мой дар слишком отличался от его стихийной магии, поэтому результата на практике не было никакого.
— Пологом… да, — неожиданно замялся Дарен, — да, пологом мы были накрыты, не беспокойтесь.
Я с подозрением взглянула на него. Что за реакция? Полог — базовое заклинание второго уровня из категории защитных. Я хотела добиться от мужчины правды, но в этот момент в дверь постучали, в кабинет зашли Николас Страйден и кто-то еще.
— Я привел чудо-лекаря, он умертвие способен сделать человеком. Ему доверяет свою жизнь сам император. С того света вернет, не поморщится. Так что, несравненная риса Шалле, вы в надежных руках — Николас очаровывал своей мальчишеской непосредственностью. — Дар, дай же подступиться эскулапу к нашей нежной розе.
— Не вашей! — прорычал Роксвел, но отошел в сторону, так как действительно стоял у кровати, практически закрыв меня от глаз вошедших мужчин.
К кушетке, на которой я лежала, подошел лекарь. Он совсем не был похож на человека, обладающего профессией, тем более лекарской. Скорее, властью, золотом и амбициями. Думаю, лекарь был уже не молод, хотя возраст скорее угадывался, чем был виден — вряд ли император доверился бы не слишком опытному магу. На край кушетки райс Гриншоу, как его представил Николас, сел с грацией принца, не иначе. Он, как и Страйден был блондином, оба мужчины были стройны и высоки. Но на этом сходство заканчивалось. Рядом с Гриншоу Страйден выглядел уличным комедиантом, даром что аристократ. Лекарь был обладателем тонких благородных черт, надменного взгляда, идеальной осанки и безукоризненного костюма. Мне самой захотелось сесть, выпрямить спину, пригладить волосы. Было ощущение, что мы втроем — свита Гриншоу, который совершенно случайно со светского раута попал в этот кабинет. Видимо, мое пристальное внимание к лекарю не укрылось как от рэнов, так и от него самого. Николас хмыкнул, Дарен ожидаемо нахмурился, а Гриншоу надменно и до бесконечности аристократично поднял бровь.
— Прошу всех, кто не болен, выйти, — приказал он.
— Я останусь, это не обсуждается, — отрезал Роксвел.
Мне было все равно. В просмотре ауры не было ничего интимного.
— Ну хорошо, если рина не против…
— Риса, — поправила я.
Лекарь работал профессионально. Считывание ауры происходит путем тактильного контакта с пациентом — руку кладут на грудную клетку. Хорошему врачу нужно пять минут. У Гриншоу ушло две.
— Риса Шалле здорова сейчас, но больна в принципе, — вынес он вердикт. — В ауре видны разрывы хронического свойства.
— Я знаю об этом, — перебила я, — и не хочу обсуждать мое здоровье с посторонними. Все убедились, что я способна встать и пойти домой? — спросила я.
Гриншоу скривился. Я посмела его прервать. Он снял несуществующую соринку с рукава своего сюртука и скучающе произнес:
— Это связано с несовместимостью энергетических потоков ваших родителей. Расскажете, что там с ними произошло?
Я вздрогнула, почувствовала, что бледнею. Неожиданно на помощь пришел Роксвел:
— Мы поговорим с тобой об этом позже, Гриншоу. Скажи, чем помочь рисе сейчас.
— Я дам укрепляющий отвар, он восстановит энергетический баланс. Его можно принимать на постоянной основе во избежание инцидентов. Разорванная аура — быстрая потеря сил при стрессах. — Он вытащил бутылёк и написал название его содержимого на листке бумаги. — Такое делают только в столице, если решите заказать еще, делайте это заблаговременно. — После этого лекарь защелкнул застежку портфеля, откланялся и покинул комнату.
— Надменный, как будто властелин вселенной, — прокомментировал Николас, — но в своем деле лучший в Империи. Его прислали вместе с нашими боевиками. Император буквально от сердца оторвал, — прокомментировал Страйден и добавил:
— Пойду я к нашим ребятам, проверю, не нужен ли Гриншоу теперь кому-то из них.
В комнате остались только мы с Роксвелом.
На секунду воцарилась тишина. Я вдруг осознала, что все еще лежу на кушетке. С усилием встала на ноги, преодолевая легкое головокружение. Роксвел подался вперед поддержать меня, и мы вдруг заговорили одновременно:
— Я, пожалуй, пойду.
— Зачем вы встаете, я донесу вас до кареты.