Обратный путь прошел без приключений, однако я сделала одно очень важное дело. Я переоделась в свой женский наряд, но мужское облачение и кошель с деньгами не взяла с собой в особняк. Я решила оставить их в сарае Сальмы. Он был заставлен разным хламом, среди которого было легко спрятать холщовую сумку с вещами. Я была горда тем, как сумела подготовить свое отступление. Жаль, поделиться было не с кем.
В поместье я прибыла до ужина, накормила и уложила близнецов. Мне оставалось провести в Троксе четыре дня.
Утром рэн Грегори за завтраком во всеуслышание объявил, что город ожидает императора и его свиту к вечеру. А мне эту новость сообщила Полли, когда я заканчивала на кухне свой завтрак вместе с молчаливой Бриттой под бесконечный монолог Фриды. Кухарка в очередной раз жаловалась на свою невестку и причитала о печальной судьбе сына. Бритта не комментировала, я иногда кивала головой. Полли, ворвавшись вихрем на кухню, заголосила:
— Вечером в Троксе в ратуше будет прием, господа идут на встречу с императором и его окружением! Рина Кэтрин приказала достать фамильные драгоценности и бирюзовое платье! Бритта, что ты сидишь, надо все успеть!
— Ты мне не указ, я свою работу знаю, — спокойно ответила та, продолжая макать сухарик в чай. А Полли уже и забыла про Бритту, продолжив фонтанировать новостями от хозяина дома.
— А еще я слышала, что будут показательные выступления магов и оборотней на площади. Мол, он узнал, сколько наших ходили на полигон, и решил по случаю своего приезда устроить праздник. Рина Кэтрин сказала, что такое только в столице проводят, в императорском дворце.
Я об этом знала лучше других. На секунду мне стало страшно, показалось, что судьба играет со мной в догонялки, а я явно выбиваюсь из сил. С другой стороны, сейчас моей магии некого защищать, так что опасности не было. Но на всякий случай три дня, которые мне остались до отхода судна, я собиралась никуда не выходить, чтобы не нажить случайные неприятности. Я размышляла, предупреждать ли Морроу, но решила, что оставлю записку. Кэтрин способна справиться со своими детьми, большой беды от моего побега не будет. Полли я тоже напишу пару строчек. Сначала она расстроится, но ненадолго. Она неспособна держать в себе грусть, недовольство или злость более пяти минут.
День прошел мирно: занималась своей рутиной с малышами, а хозяева отбывали в ратушу вечером. Кэтрин успела зайти к близнецам, чтобы поцеловать их на сон грядущий. Я спустилась в холл, чтобы полюбоваться на сверкающую во всех смыслах рину Кэтрин. Ее бирюзовое платье было расшито драгоценностями, а волосы собраны в высокую замысловатую прическу. Но самыми яркими были все же ее глаза: женщина была по-настоящему счастлива из-за предстоящего светского вечера. Кто бы мог подумать, что она будет на приеме у самого императора! Я искренне радовалась за нее, и все домашние улыбались, глядя на довольную хозяйку. На секунду мне стало жаль покидать дом Морроу, обитатели которого стали мне понятны и близки за этот год.
Рэн Морроу также спустился в холл. Его одежда была более лаконичной: темно-серый, по-военному строгий сюртук, черные брюки и начищенные до блеска сапоги. Отличие от его обычного вида составляли золотые пуговицы, с особой хрусткостью накрахмаленный воротник и торжественный вид. Убедившись, что их вид безупречен, пара села в карету и покинула особняк. Дом практически опустел. Фрида и конюх ночевали в городе со своими семьями, Полли ушла на свидание. В доме остались я, Бритта и близнецы. Конец вечера должен был пройти очень мирно. Однако каким-то образом все вышло из-под контроля, и события понеслись со скоростью боевого огненного шара, запущенного магом-недоучкой, и разрушавшего все, чему не посчастливилось оказаться на его пути.
Через час после ухода господ, раздался звон дверного колокольчика. Мы не ждали гостей. Я настороженно спустилась к парадной двери и посмотрела из окна на крыльцо: там стоял парень, похожий на посыльного. Когда я открыла дверь, он вручил мне письмо. Послание было от рины Кэтрин, она просила меня доставить конверт со стола рэна Грегори. Он забыл его и просил жену написать мне записку с просьбой принести.
В кабинете на столе действительно лежал белый конверт без подписи. Я повертела его в руках: он был запечатан. Ситуация показалась мне странной, но почерк в записке принадлежал Кэтрин, она даже пахла ее духами. Я решила, что пойду к ратуше, заходить не буду, просто найду того, кто этот конверт передаст. Надев на свое скромное синее платье накидку и закрыв лицо капюшоном, я направилась на позднюю прогулку по городу. Выйдя из ворот на улицу, я прошла несколько сотен метров, прежде чем смогла сесть в платный экипаж. Через пятнадцать минут я выходила из него в центре города возле здания ратуши. Казалось, город не спал. Кареты, слуги, зеваки, попрошайки — все собрались на площади перед зданием в ожидании. Слуги и кучера ждали господ, остальные — жаждали зрелищ.