Она не ответила. Он взял в ладони ее лицо и повернул к себе.
— Лайла, проснись!
Она так глубоко уснула, что даже не вздрогнула. Он тихонько похлопал ее по щекам, пытаясь разбудить, но Лайла не вставала.
Глядя на ее чуть вздернутый носик и высокие скулы, он подумал, что Лайла выглядит такой невинной, такой беззащитной!.. Стараясь отогнать от себя грешные мысли, Солье встал.
Он склонился и взял ее на руки. Она оказалась такой мягкой и легкой, что ему захотелось отнести ее в свою спальню, в свою постель. Но вместо этого он осторожно понес ее наверх. От нее пахло сиренью, и этот запах сводил его с ума. Ее пухлые губы манили.
Он открыл дверь ее комнаты и понял, что она спала не в хозяйских апартаментах, а в более скромном помещении, обставленном памятными вещами детства.
Нежно он положил ее на кровать. Поправил ее ночную рубашку, залюбовавшись дивными изгибами женского тела. Пальцы Дрю случайно задели ее полную грудь, и он отдернул руку, почувствовав себя преступником. Сейчас он с легкостью мог воспользоваться этой красавицей. Но брать ее так ему не хотелось. Взглянув на ее зрелое тело, Дрю тяжело вздохнул. Нет, он хотел, чтобы Лайла так же жаждала близости с ним, как он вожделеет ее. А это было просто невозможно.
Склонившись над кроватью, он накрыл Лайлу простыней. Он убрал с ее лица пряди волос, удивившись тому, насколько крепко она спит. Его пальцы скользнули по податливой припухлости ее губ, вниз по подбородку, шее и замерли на груди.
Он выпрямился, пытаясь разрушить чары, в плену которых так неожиданно оказался. Бросив прощальный взгляд на эту прекрасную женщину, Солье заставил себя выйти из комнаты. Больше всего ему сейчас хотелось забраться к ней под одеяло. Но она так крепко спала, и к тому же она — его клиентка.
Лайла заставила его мечтать о том, о чем он уже много лет не думал. На такие вещи у него просто не оставалось времени. Заставила вспомнить о давно забытых желаниях. Женщина — объект желаний многих его эротических снов — теперь лежала перед ним совершенно доступная. Но Дрю предпочел отвернуться и вышел из спальни.
Он обвел взглядом библиотеку, еще не совсем готовый стереть из памяти их ночную встречу. При свете дня все это казалось ему сном, а сейчас ему предстоял разговор с Лайлой.
Все утро он мысленно упрекал себя. Лайла его клиент, а потому неприкосновенна. Хотя он до сих пор помнил, как она лежала на постели и как ночная рубашка подчеркивала полноту ее груди и бедер в серебристом лунном свете.
Дрю проглотил застрявший в горле ком, решительно настроившись раз и навсегда забыть об этом наваждении. Заняв место за тяжелым дубовым столом, он вопросительно посмотрел на женщину. Присаживаясь напротив, она не произнесла ни слова. С наступлением дня она, похоже, отошла на прежние позиции.
— Как вы сегодня себя чувствуете? — спросил он, любопытствуя, помнит ли она о том, как он ласкал ее лицо.
— Прекрасно, — с застенчивым видом сказала Лайла, и легкий румянец окрасил ее щеки. — Спасибо, что помогли мне добраться до кровати.
— Ну что ж, приступим, — промолвил Дрю, не в состоянии чего-то добавить, поскольку она, судя по всему, ничего не помнила.
Адвокат достал свои записки из папки и заточил карандаш. Сегодня утром Лайла казалась скованной и напряженной. Неужели она страшится его вопросов?
— Я хочу, чтобы все это утро вы были со мной совершенно откровенны. Для того, чтобы выиграть это дело, я должен знать все подробности и все грязные тайны, что существовали между вами и Жаном.
— Хорошо, — ответила она, и от ее голубых глаз повеяло холодом.
— Что ж, начнем. Нам сегодня много чего предстоит, а когда мы вернемся в Новый Орлеан, мне будет необходимо встретиться с другими адвокатами. Они изучат все версии и проверят информацию, которую вы мне сообщите.
— А зачем вам искать доказательства моим словам, если вы и так верите в мою невиновность?
— Хороший адвокат подтверждает все, что говорит ему клиент, — сказал Дрю, ободряюще ей улыбнувшись. Он так хотел, чтобы она сейчас расслабилась. — Быть может, вы и говорите правду, но не все мои предыдущие клиенты были столь искренни. К тому же, мне необходимо будет доказать все присяжным и обвинению, чтобы вас не признали виновной. Более того, я не могу допустить, чтобы обвинитель доказал недостоверность моих фактов. Так что я прошу быть со мной предельно откровенной.
— Хорошо, — ответила Лайла, выпрямляя спину и плечи.
Дрю украдкой наблюдал за ней, перебирая свои бумаги.
— Вы готовы?
Он сделал паузу, заметив, как она вцепилась побелевшими пальцами в свои колени.
— Да.
— Я хочу, чтобы вы мысленно перенеслись в день, предшествовавший смерти Жана. Расскажите мне обо всем, что вы тогда делали с того момента, когда проснулись. Лайла нахмурилась.
— Большую часть дня я ходила по магазинам во французском квартале, а Жан находился в офисе пароходной компании Кювье.
— Нет, мне необходимо поминутное расписание ваших действий, — перебил ее адвокат, — и в мельчайших подробностях.
