— Надеюсь, вы не приняли сегодняшний инцидент близко к сердцу? — бесцеремонно начал он.
Бастиан прищурился на чародея:
— Причем же тут сердце? Я, помнится, уже говорил, что с подобными шутками надо заканчивать. И я намерен покончить с ними, так или иначе!
Ребенген закатил глаза:
— Я тебя умоляю! Все и так уже запуганы до одури. Глава Целителей лежит с нервным срывом, а кризису с доппельгангерами конца не видно. Уже сейчас количество вовлеченных в заговор составляет шесть тысяч человек, а о скольких мы еще не знаем?!
— Раньше думать надо было.
Не желая спорить с очевидным, Ребенген покаянно кивнул:
— Надо было.
Одержав небольшую победу, Бастиан подобрел. Его внимание снова сфокусировалось на Першине.
— Да вы ешьте, уважаемый, они не отравлены! — почти ласково предложил Лорд.
Першин порывисто схватил булочку и запихал ее в рот целиком.
Ребенген закатил глаза. Что делать? Утром ему казалось, что Першин достаточно свободно чувствует себя в Академии, где на каждом шагу встречаются отпрыски знатных семейств. У него что, комплекс на Великих Лордов? Или конкретно — на повелителя Шоканги?
— Адан, прекратишь ли ты идиотничать?
Маг что-то пробубнил с набитым ртом.
— Я совершенно серьезно. Что с тобой происходит? Можешь говорить свободно, здесь все свои.
Першин дожевывал булку, пытаясь собраться с мыслями.
Между тем молодой Лорд успел опустошить вазочку с крендельками и потянулся к сервировочному столику, чтобы налить себе еще чаю. Повелитель Шоканги благодушно наблюдал, как его сын попирает все правила приличия.
— Мне помочь? — не удержался Ребенген.
— Не надо! — юноша подтянул столик за ножку и завладел чайником. — Я достану.
Ребенген понял, что комплексы по поводу Великих Лордов есть не только у Першина, и застонал:
— Люди! Давайте будем проще, хотя бы сегодня.
— Это все Серые, — заключил Бастиан. — Они даже на тебя влияют.
— Да, — покаялся чародей, — сначала жутко раздражает, а потом внутри такая дивная легкость появляется…
— Смотрю на них и понимаю, как много я потерял в жизни!
Такого заявления от повелителя Шоканги Ребенген не ожидал.
— Чего ты удивляешься? — хмыкнул Лорд. — У меня половина времени уходит на то, чтобы заставить людей просто делать свое дело. Заметь, за вознаграждение. И все равно, хоть озолоти их, все сделают не так! А этим говорю: «Нужен мост». Их бригадир — мне: «Двести золотых, сорок бревен, четыре дня». И знаешь, что? Через четыре дня мост был!!
— Сколько денег они слупили с тебя в итоге?
— Ровно двести золотых. Я не собираюсь поощрять стяжательство!
Ребенген праздно задумался, что будет, когда практичность Серых помножится на меркантильность арконийцев. Тем временем Першин справился с булкой и начал прихлебывать свой чай. Пора было переходить к делу.
— Бастиан, у меня к тебе серьезный разговор…
Лорд довольно оскалился:
— Я так и подумал.
— Почему? — полюбопытствовал чародей.
— Я знаю, что произошло в Россанге.
— А что произошло в Россанге? — живо заинтересовался Гэбриэл.
— Джеррола едва не убили, — просветил его отец.
— Еще одного Лорда? — поразился юноша.
Повелитель Шоканги насмешливо фыркнул:
— Стадо баранов! Как их предки Лордами стали, понять не могу?
— Не будем обобщать! — поморщился Ребенген. — В Каверри наши действия были весьма удачны.
— М-м, — Лорд Бастиан поднял с блюда нанизанное на щепку пирожное и попробовал его на вкус. — Филиас всегда был себе на уме. Никогда не мог сказать, на что он способен.
— Влияние Стихий? — Ребенген всегда задавал себе вопрос, как влияет на характер Великих Лордов посвящение стихиям, происходящее посредством древних магических знаков. В провинции Шоканга располагался символ огня, в Россанге — воздуха, в Каверри — воды.
Великий Лорд пожал плечами:
— Какая разница? Взялся править — умей держать удар!
Ребенген решил не углубляться в политику:
— Так вот, у нас проблема: разработанный тобой способ позволяет обнаруживать собственно доппельгангеров, на завербованных ими граждан Арконата он не действует, мы рискуем срубить верхушки, оставив корни в земле. А при попытке захватить их живыми… Ты работаешь с ними дольше, удавалось ли тебе их допросить?
Великий Лорд не торопился с ответом. Он, не спеша, пил чай.
— А вот об этом я хочу поговорить с Нантреком лично. Устрой нам встречу! И предупреди его, что благотворительность закончилась.
— Что ты хочешь за свою помощь? — вздохнул чародей.
— Я хочу, чтобы место, откуда они являются, было уничтожено, чего бы это вам ни стоило. Никаких компромиссов, никаких соглашений!
— Ну, это подразумевается…
— А я хочу, чтобы вы дали клятву!
— Я передам Нантреку твои слова.
— Вот и хорошо, — Лорд выудил откуда-то три медных шарика и начал привычно катать их в ладони.
Оценив тяжесть предметов, Ребенген заключил, что убийство им пока не грозит, и решился зайти с другого конца:
— Как ты относишься к предложению Ракша?
Старший Лорд пожал плечами, его сын снова вмешался:
— А как к нему можно относиться?
