Дама в горчичном вернулась быстро, не успела я толком успокоиться. Нужно выяснить, как ее зовут. Всем хороши инструкции лорда, он даже всех фрейлин поименно перечислил, снабдил карандашными изображениями, потому как фотографию пока не изобрели, но только их столько, что голова пухнет. Ладно, спокойно. Ищи характерные черты. Риоре советовал мысленно досчитать до десяти, когда начну паниковать, и пару раз глубоко вздохнуть. Так и поступим, благо рекомендации схожи с теми, которые давали психологи. Странное участие со стороны лорда, но, с другой стороны, от меня зависит его судьба. Безвылазно сидеть в провинции с условной веревкой на шее – не лучшая участь, сейчас он хотя бы куда-то ездит, при деньгах. Хорошо бы, конечно, выяснить истинное положение вещей. Слишком много противоречий. То Антрей рискует, нанося визит патрону, то бывший советник сам отправляется к кому-то в гости. Ладно, потом, сейчас – фрейлина. Кто же из двадцати? Господи, вот зачем принцессе столько?!
Шатенка, треугольное лицо, серые глаза. Либо Леонсия, либо Анжела. Нет, точно Леонсия – у нее шрам на руке. Вот он, мелькнул из-под перчатки. Риоре рассказывал, бедняжка чуть не погибла от некачественной шутихи. Они здесь примитивные. Лорд, разумеется, подобного не говорил, это мои собственные мысли. Неудивительно, что порох не вовремя взорвался.
Леонсия потащила переодеваться, призвав на помощь девицу в черном строгом наряде – служанку. В четыре руки они быстро разоблачили меня и нарядили в жуткую необъятную рубашку до пола и не менее уродливый чепец с рюшками. Ноги засунули в мягкие туфли на небольшом каблучке, поверх сорочки набросили халат, снова до пола и жутко неудобный. Все проделали в комнате, полной зеркал и пузатых шкафов. Словно в реалити-шоу попала! И выказать недовольство или стыд нельзя, пришлось мысленно повторять европейские столицы, чтобы отвлечься от происходящего.
Гардеробная примыкала к спальне.
Я уже успела понять, что в Гаменции какой-то культ кроватей. Вот и ложе Лики не уступало постели Риоре. Но если для мужчины такое простительно, надо же куда-то подружек укладывать, то наследнице космодром зачем? Я же на нем потеряюсь. Взобравшись на специальную приступку, залезла под одеяло и кое-как плюхнулась на любезно взбитые служанкой подушки.
Фрейлина чинно уселась на скамеечку в изножье и подняла с пола книгу, изобразив, что читает. Вот у кого бы поучиться актерскому мастерству! Ладно, у меня мигрень, посему…
– Задерните шторы!
Логично же, свет вреден.
Ну вот, декорации готовы, увертюра сыграна, ждем главных действующих лиц.
Оказалось, промедли я хоть минуту, попала бы в крайне затруднительное положение.
Неприятное открытие: королева может войти без приглашения. Просто короткий стук в дверь, объявление «Ее королевское величество», и все – враг уже внутри.
Мачеха Лики оказалась до неприличия молода, не старше падчерицы. Портрет не обманул, хотя художник чуточку польстил модели. Узорчатая парча свидетельствовала о любви к роскоши. О да, красавица себя ценила, баловала самым лучшим, не скупилась на драгоценности. Идеально ровная кожа, чуть подправленная местной пудрой, вьющиеся каштановые волосы, алые губки, голубые глаза. В такую невозможно не влюбиться. Однако я ощущала исходившую от королевы угрозу. Дело не в словах Риоре, он вполне мог солгать, положение такое, а во взгляде. Вроде улыбается, сочувствует, но в глазах – лед. Не удивлюсь, если она мечтала увидеть Лику в гробу. Ведь у самой детей нет, положение шатко.
Звали любимую «маму» Марианн. Второго имени она не имела, потому как не королевских кровей, дочка одного графа. Мать Лики – другое дело, принцесса. Увы, скончалась от родильной горячки, угасла вслед за сыном. Король долго держался, но красавица Марианн поймала его в свои сети. Не удивлюсь, если отец-граф в постель подложил. Само собой, Риоре чужую возлюбленную не одобрил, за что и получил пинок под зад. Не сразу. Марианн оказалась умна, дождалась свадьбы и только потом избавилась от недоброжелателя. Историю знала со слов заинтересованной стороны, но, глядя на шатенку, не сомневалась: она не столь проста, не просто кукла.
Марианн жестом выставила всех вон и устроилась на краю постели.
Задержала дыхание, но сумела сохранить лицо. Подумаешь, королева! Меня чуть некромант не убил! Змея в венце после ритуала – просто тьфу.
– Милая, как ты себя чувствуешь? – Какой приторный голос! – Мне доложили, тебе с утра нездоровится. Может, послать за моим врачом?
– Спасибо, мне уже лучше, миледи.
Так, кажется, правильно. Нужно добавлять «миледи», потому что королева выше по положению. А доктора не надо, точно отравит. «Мамочка» сразу вызвала антипатию, и я окончательно поверила Риоре. У нас тоже полно юных да ранних, которые верховодят мужьями. Я, вернее, Лика – единственная наследница, поэтому враг номер один. Жива, пока не появились братик или сестричка. М-да, то герцог, то королева… Не жизнь, а наковальня!
– Ты сама на себя не похожа сегодня.
