– Еще один проходимец – именно то, что нужно сейчас. Спроси у него заранее, не он ли отвлекал нас зрелищами, пока его дружки шарились в номере. Если скажет, что нет – верь на слово. Вроде бы честный человек. И таблеток купи в знак вечной дружбы.
– Прости, а что ты хочешь найти в Хризантеме? – развел руками я.
Она не ответила, нацепила очки и отвернулась. Луч солнца пробрался в щель между занавесками и заскользил по дощатому полу. Коснулся крашеной стены и выхватил из полумрака рисунок. Кто-то разрисовал стену прямо поверх акриловой краски, которой была замазана шершавая штукатурка. Пушистые облака, расправившие два крыла пристроек здание незнакомой станции с конической крышей, странная двойная водонапорная башня из кирпича, двускатные домики и плоский круглый фонтан. Видимо, одним из постояльцев был художник, в порыве вдохновения исписавший унылые стены. Хозяин же мотеля справедливо решил, что оставить как есть будет дешевле, чем покупать банку краски и возвращать номеру первозданный вид. Я пригляделся к зданию станции на стене. Название города явно было написано с ошибкой.
– Мне будет спокойнее, если ты уйдешь, – сказала Алина. В ее очках проявился знакомый цветок, готовый вот-вот пропустить в омерзительный мир.
– Просто скажи, чтобы я ушел.
– Уйди, пожалуйста!
Улицы Тулума были похожи одна на другую. Но заблудиться не получится – аэростаты всегда на северо-западе, а колючая стена опоясывает город неровной дугой.
Я зашел в бар, попросил самой дешевой еды и пива. Хмурый бармен сунул мне под нос холодную тарелку и исчез, не дожидаясь пока я отыщу в куртке мятые купюры. Я протер об рукав разбитый экран телефона от вездесущей пыли. Комиссар не отвечал – только длинные гудки, глубокие и глухие как тоннели яндашского метро. В чате тоже было тихо, словно Марта забыла обо мне. Если бы бот мог обижаться, я решил бы, что именно это и произошло.
«Привет», – написал я.
«Привет», – показалась через минуту скупая строчка.
Неловкость, словно после долгой разлуки. Я закрыл глаза и попытался представить Марту живой. Хотя бы в том красном платье, как на фотографии, но видел ее почему-то только в белом ханьфу[30]. И она не улыбалась, смотрела серьезно и выглядела старше, словно человек, оставшийся лишь в воспоминаниях, может стареть. Ее волосы были убраны назад, открывали маленькие смешно торчащие ушки. Белая полоска старого шрама на лбу теперь была видна. От того, что образ ее не менялся, как бы я не хотел, я начинал злиться.
«Ты не писала мне»
«Ты тоже»
«Я не мог»
«Я знаю. Ты был в большой опасности. Ты и сейчас в ней. Но все же нашел минутку. Я рада»
«А я рад, что ты больше не просишь купить новый тариф»
Она ответила не сразу. я успел на минуту закрыть глаза и все же представить ее в красном платье, в том, в котором она была, когда мы так весело и бессовестно устроили подобие нашей свадьбы. Когда из гостей был лишь Марсель, а из подарков только красные пионы. Марта не верила в свадьбы. Брак казался ей фальшивкой, такой же как вроде бы обещавший бесконечное счастье брак ее родителей. Но она не могла отказать себе в удовольствии надеть красное. Я мысленно возвращал ей это платье, но оно только проступало алыми пятнами сквозь ханьфу, как пятна крови.
«Ограничение снято, Кирилл…»
Все же Ильдар не такое проходимец, каким кажется. Сделал дело и довольно быстро.
«…и теперь мне нет нужды писать тебе каждый день»
Я не сразу понял эту строчку. Скорее, я отказывался понимать ее.
«Ты просила…»
«Оформить тариф, чтобы уйти. Да»
«Я не понимаю»
Она помедлила с ответом. Ровно столько времени, сколько у живой Марты уходило на то, чтобы улыбнуться и коснуться моей щеки ладонью.
«Ответь мне на вопрос»
«Ты словно живая…»
«Только один. Кто я для тебя – шэнь или по[31]?»
Мне нечего было ответить на это.
«Если шэнь – дай мне раствориться, если по – отпусти из долины Желтых источников[32]»
И чат закрылся сам. Хотя такого быть не должно. Мои иероглифы зависали в нем и оставались непрочитанными.
Я растерянно смотрел на телефон, пока его экран не загорелся вызовом с незнакомого номера.
– Слушаю.
– В общем, босс, дело плохо, – голос Ильдара. – Я привез ампулы куда ты просил – достал пораньше. Твоя подружка в отключке и похоже что-то серьезное. Кажется, гуляла в Хризантеме и ей досталось, может даже от Ресторатора.
– Я бегу. Вы где?
– Еще в отеле.
Оставил купюру под пустой тарелкой, я бросился к двери и налетел на офицера в зеленой форме. Из-под его фуражки торчал наушник. Не экутер – обычный наушник. Усталый взгляд офицера скользнул по моему небритому лицу. Он остановил меня, ткнув в грудь раскрытой ладонью. Второй патрульный без погон в высокой фуражке появился за его спиной.
– Мигрант? – спокойно спросил офицер, равнодушно оглядывая пустой бар.
– Нет, я…
– Дайте социальную карту.
По привычке я начал рыться в карманах, но счастливое лицо Ильдара с моей карточкой в руках вдруг всплыло в памяти.
– Постойте, я кажется в отеле…