Смотрители не задерживаются на Айлин-Мор, лишь ветер, волны и скалы властвуют на острове. Рассказ — участник конкурса мистических рассказов «Отражения».
Погода не менялась третьи сутки, и суровый штормовой ветер сотрясал старый маяк до основания. Крохотный островок в стороне от главных морских путей давно не нуждался в маяке, и место смотрителя долго пустовало, пока в самый разгар зимних бурь на Айлин-Мор не высадился новый смотритель, молодой еще мужчина по имени Альберт Нортон. Мистер Нортон не имел ничего против тишины и уединенности своего назначения, и все же маяк был так тих и так пуст, что невольно рождал в душе тревогу, необъяснимую с точки здравого смысла.
Когда-то жизнь на острове кипела, здесь селились люди, промышляли торговлей. И был маяк, и в нем жил смотритель, да только давно это было, и вспомнить о том уже некому — каменистый остров опустел, а смотритель с помощниками пропал. Может, уволился, а, может, и сбежал искать лучшей доли. Мистеру Нортону было решительно все равно, в жуткие истории он не верил и развлечений для себя не искал, и все было бы чудесно, если бы вдруг не переменилась погода.
Море бушевало третий день. Небо словно решило, наконец, уничтожить остров, что уродливым наростом выпирал над бесконечной гладью воды, стереть его раз и навсегда, чтобы даже памяти о нем не осталось. Новый смотритель скучал и, не находя себе лучшего развлечения, чем книги, отыскал в самом дальнем и пыльном углу потрепанную ветхую тетрадь. Обложка выцвела, и букв было не разобрать, однако склеенные пожелтевшие листы еще хранили вполне разборчивый текст. Все могло бы сложиться иначе, если бы он вдруг решил покинуть остров или вообще бы никогда здесь не появлялся, но судьба распорядилась по-своему.
Итак, одним ветреным холодным вечером мистер Нортон открыл первую страницу.
«Год 1837 Anno Domini[1], февраль, 14-е.
Меня зовут Дуглас Маккензи, капитан торгового судна «Святая Тереза». Три дня тому назад мы потерпели крушение в незнакомых водах, сбившись с курса. Страшная буря возникла внезапно и была столь свирепа, что лишь милостью Божьей части команды удалось вплавь добраться до острова. Бортовой журнал канул в бездну вместе с кораблем и ценным грузом, что мы перевозили в трюме, и я вынужден начать новый, дабы все, происходящее с нами на сей забытой Богом и людьми земле, не истерлось из памяти. Остров, на который нас выбросило милостью волн, необитаем, но на самом крутом и неприступном склоне его высился маяк, однако ночью ни единого проблеска света не было в полосе ливня. Я вижу в том добрый знак, мы поднялись к маяку и развели огонь на вышке как сигнал проплывающим судам, что нам требуется помощь».
Мистер Нортон отставил стакан с подогретым вином в сторону, всецело обратившись к интересной находке. Под шум дождя и завывания штормового ветра перед ним разворачивалась драма, случившаяся много лет назад, прямо здесь, на Айлин-Мор, где уже тогда не было своего смотрителя. Буквы плясали в неровном свете масляной лампы, складываясь в историю, канувшую в Лету.
