Маяк туманного мыса полностью

Пока я пребывал в беспамятстве, прилив сменился отливом. Море ушло, забрало свои воды, оголив песчаное дно и все, что на нем скопилось. Отчетливо в полутьме виднелся плотик. Вывернутый и вытянутый в длину он меньше всего напоминал плавательное средство, скорее то была оболочка воздушного шара, потерявшая объем. Унылая картина – бледная иллюстрация крушения, она пробудила беспокойство. Да, большую часть матерчатого суденышка я действительно вытащил за пределы изменяющегося водоема, вот только поперек оболочки, в метре от границы прилива лежали два бревна, не иначе как море решило отыграться, придавить если не меня, то мою надежду на выживание. «Нельзя все так оставлять. Начнется прилив, примется он играть своими деревяшками, раздавит все, что только осталось внутри плота. Надо поднатужиться, довести дело до конца…» – мрачно подумал я, стараясь не вспоминать о больной ноге.

На удивление быстро удалось оттащить бревна, освободить полотнище. Я присел у «двери», слегка расправил ткань и принялся шарить рукой внутри плотика, подпитываемый малопонятной уверенностью, твердившей о том, что нужная мне вещь находится именно там, у входа. Минуты сменяли друг друга, надежда меркла буквально на глазах, но я не сдавался, и вот пальцы нащупали продолговатый цилиндр – фонарик!

Порядок, но расслабляться было рано. Еще несколько минут стали прошлым – ткань плота свернута, будто старый ковер. Упираясь, используя «трость» в качестве рычага я подкатил сверток к двум массивным валунам, затолкал его в щель между ними, а сверху придавил внушительных размеров камнем. Все! Теперь бояться нечего, ни ветер, ни прибой не смогут лишить меня моих сокровищ, а это значит – самое время искать себе убежище.

– Для начала попробую сориентироваться. Итак, что мы имеем? Вон за теми сопками океан, там ничего сколько-нибудь интересного для меня нет. Поскольку то направление прямо противоположное тому, где я последний раз видел луну, можно с уверенностью заявить, что там север, – я оперся на импровизированную трость и заговорил вслух. – Еще один ориентир – лужа. Если стать лицом на север, она будет слева, значит, там запад. Логично! Туда я не пойду, не сейчас, да вода ушла, но выяснять, что лежит на дне, скрытое отвратительными водорослями и илом не лучшее занятие! Нет, это будет позже, когда хоть немного светлее станет. Смотрим дальше. Небольшая горная гряда, ряд сопок, за одной из них луна спряталась, направление – юг, скорее, юго-запад. Большая высота, крутые склоны, без подготовки я такой подъем не осилю. Остается одна дорога – на восток. Благо там относительно ровная местность…

Я включил фонарик, медленно обернулся, пытаясь вырвать из тьмы весь окружающий меня мир. Слегка расстроился, увы, это не прожектор, его хватит разве только на то, чтобы светить себе под ноги, но и это уже кое-что! Пол-оборота на месте, повернулся в выбранном направлении, кивнул своим мыслям, посветил на землю и побрел прочь от приливного озера.

Шел медленно, смотрел исключительно себе под ноги. Отвратительная погода порождала отвратительные ощущения. Угнетала сырость, витающая в воздухе. Задавливала остатки настроения тонкая корочка льда, которая с хрустом проламывалась при каждом моем шаге. Изредка под ногами был твердый и надежный камень, но чаще всего ступни глубоко погружались в отвратительную жижу черно-коричневого цвета, состоящую из осколков льда, холодной воды и липкой глинистой почвы. Обволакивала ноги цепкая грязь, создавалось ощущение, будто затягивает меня, засасывает в подмерзшую трясину. В такие моменты я резко выдергивал зазевавшуюся ногу, забывая о ране, она же незамедлительно «благодарила» острой вспышкой невыносимой боли.

Так, прощупывая землю перед собой и подсвечивая блеклым фонариком, двигаясь со скоростью сонной черепахи, я удалялся прочь от приливного озера, вперед, в серую полутьму, в неизвестность. Шел, стараясь не думать о том, куда иду, не задумываться о том, что увижу там, куда приду. Гнал от себя мрачные мысли, нашептывающие одно короткое, но такое страшное слово: «Остров». Задавить внутренний голос не получалось, напротив, скоро к нему подключилась фантазия. Рисовала она унылую картину – маленький клочок суши, затерянный в бескрайнем океане. Камень средь бурных вод и никакой надежды на спасение…