Маяк туманного мыса полностью

Серая дымка посветлела, стала белой с желтым отливом, а еще шаг и вовсе засветилась, но это был не перламутровый блеск мистического тумана, а обычный свет в самом обычном окне. Домашний он, уютный, очерченный прямыми линиями оконной рамы. Еще несколько шагов и в дополнение к яркому окну, из дымки выплыл угол дома, две стены, обшитые узкими и длинными досками.

Новый источник света, тоже прямоугольный, тоже понятный – дверь, открыта она. Ясное дело ждут меня!

Оказавшись на пороге, я несколько подрастерял уверенность. Не совсем понятно, что тому причина. Наверное, дело в том, что капитан, чем или кем бы он ни командовал это своего рода начальство, а вызов к начальству ничего хорошего не сулит. Хотя с другой стороны, разве он мне начальник! Да он мне вообще никто, как на него ни смотри.

Из глубины комнаты доносились голоса. Отчетливые они, вот только с металлическими нотками, неживые, как минимум, ненастоящие. В разговор вливался треск, переплетался он с человеческой речью, делая слова и вовсе неразборчивыми.

Не менее минуты потоптавшись на пороге, я решился постучать. Ударил несколько раз по старой с облупившейся краской двери, но и сам ничего не услышал. Думаю, причина все в том же монотонном скрипе, глушит он все, давит, раздражает…

Повторный стук привел к такому же отсутствующему результату. «Ну и ладно!» – подумал я и шагнул внутрь. Голоса стали отчетливее, слова разборчивее, да и с источником фальшивого разговора я почти сразу определился. Ним оказался телевизор, настоящий древний еще ламповый с маленьким выпуклым экраном. Его размытая черно-белая картинка сильно дрожала, разобрать происходящее с внутренней стороны запыленного стекла мешали хлопья роскошного, порожденного помехами, снегопада.

– Здравствуйте! – поздоровался я, то ли с телевизором, то ли с теми неизвестными, которых надеялся увидеть.

Изображение понемногу стабилизировалось. Картинка перестала подмигивать, вернулась контрастность. На выпуклом стекле промелькнули кадры какого-то старого фильма, правда, ни названия, ни сюжета его я так и не вспомнил. Наверное, это из-за того, что не очень старался.

Еще одна дверь. Также открытая. За ней еще одна комната. Также пустая. Из мебели две ржавые металлические кровати, большая тумбочка, скорее, маленький комод, шаткий столик у стены и все…

– Добрый день! – из первой комнаты донесся отчетливый, громкий, буквально пышущий бодростью голос. – Вы уже проснулись и отошли после «вчерашнего»? Отлично! Как прошли праздники? Как всегда?! Значит, вам плохо и у вас раскалывается голова. Что ж, это поправимо…

– Извините, я без разрешения зашел, просто открыто было, вот и… – промямлил я, пятясь назад. Вернулся в комнату с телевизором, огляделся, снова никого. – А вы где? Понимаете…

– Все правильно, только это средство… – продолжал издевательский голос. Я же понемногу соображал – это всего лишь телевизор. Удивительно, но на выдернутый из розетки шнур он никак не отреагировал. – Можно смело рекомендовать…

Наверху что-то треснуло. Громкий звук, сильный, почти выстрел. Потолок, до того относительно белый, на глазах потемнел. Один за другим начали отваливаться куски штукатурки, самый большой из которых угодил в деревянный ящик телевизора, заставив его замолчать навеки. Вслед за этим здание зашаталось, сильно, будто при землетрясении. Стены и пол начали вибрировать. Нет, удивляться нечему ведь вся конструкция держалась лишь на нескольких бревнах, установленных вертикально да стенах из фанеры и утеплителя. Кто же так строит?!

Я выскочил из здания, стремительно превращающегося в руины. Оно же на моих глазах сложилось, будто карточное и величаво, не поднимая пыли (наверняка из-за тумана и снега на крыше), опустилось, сравнявшись по высоте с деревянным тротуаром. Тишина сразу же взорвалась человеческим многоголосьем, криками радости и скорби, но в одно мгновение все стихло, все поглотил прожорливый туман. Над одной лишь лебедкой он был не властен. Скрипела она, повизгивала, действуя на нервы, стараясь додавить остатки и без того отвратительного настроения.

Вернувшись на деревянную «площадь», я на минуту замешкался. Что-то изменилось. Мне показалось, что вокруг снуют люди, я испугался, что ненароком собью кого-нибудь с ног, повторится то, что уже было и совсем недавно – поучительная беседа с едкими замечаниями и насмешками. Правда, тех, с кем я мог бы столкнуться, видно не было, чувствовалось лишь присутствие, да и воздух, помимо тумана, был насыщен эмоциями. Разными. Не хуже слов они рассказывали о том, что происходит в их укутанной сумраком и туманами жизни.

– Быстрее! Капитан не любит ждать! – трудно сказать, услышал ли я эти слова, или они мне послышались.