— Тут есть повторы, и мне пока не удается их избежать; похоже, это сильно усложняет программу. Но ведь повторы тоже имеют поэтическую ценность.
— Интересно, — подхватил Диоталлеви.
— Так, может быть, соединить меня с твоей машиной. А что, если я введу в нее всю Тору и потом попрошу — как это сказать? — произвести случайный выбор, сможет ли она стать как настоящая Темура и восстановить все строки Книги?
— Конечно, но только это вопрос времени. Ты сможешь получить результат через несколько веков.
Я предложил:
— А если ввести в нее несколько десятков предложений из произведений сатанистов, скажем о том, что тамплиеры бежали в Шотландию или что «Герметический Корпус» в 1460 году оказался во Флоренции, добавить к ним несколько связующих слов типа «очевидно, что...» или «таким образом, это доказывает, что...», и тогда мы сможем извлечь часть нужных нам сведений. Затем достаточно заполнить пропущенные места, а повторения истолковать как пророчества, внушение и напоминание. В самом худшем случае мы придумаем не опубликованный пока раздел истории магии.
— Гениально! — воскликнул Бельбо, — давайте займемся этим сейчас же!
— Нет, уже семь часов. Отложим до завтра.
— А я сделаю это сегодня же. Прошу вас только на минуту задержаться, нужно поднять с пола любую из двадцати страниц, и первая попавшаяся на глаза фраза станет нашей отправной точкой.
Я нагнулся и подобрал какой-то лист.
— «Иосиф Аримафейский перевез Грааль во Францию».
— Отлично, записано! Продолжайте.
— «Следуя традиции тамплиеров, Годфрид де Буйон основал в Иерусалиме Великое Аббатство на Сионе. Дебюсси был розенкрейцером».
— Простите, — прервал нас Диоталлеви, — но необходимо также ввести несколько нейтральных данных, например что коала живет в Австралии или что Папен изобрел скороварку.
— Или что Минни обручена с Микки, — подсказал я.
— Не будем преувеличивать.
— Наоборот, будем преувеличивать. Если допустить возможность того, что во Вселенной существует хотя бы одна отправная точка, которая не является знаком чего-то иного, мы сразу же выходим за рамки герметического мышления.
— Верно. Пусть будет Минни. И если позволите, я введу ключевые данные: «Тамплиеры всегда к этому причастны».
— Это само собой разумеется, — подтвердил Диоталлеви.
Мы недолго поработали, пока не заметили, что уже действительно поздно. Однако Бельбо заверил нас, что мы можем не переживать. Он сам закончит работу. Пришла Гудрун и сказала, что пора закрываться, однако Бельбо ответил ей, что останется поработать и попросил собрать разбросанные по полу страницы. Гудрун издала нечленораздельные звуки, которые могли равно принадлежать латинскому языку и языку черемисов, но при этом абсолютно определенно выражали при этом недовольство и возмущение, и в этом виделся знак родства всех без исключения языков, произошедших от единого Адамового корня. Однако она все же выполнила поручение.
Утром Бельбо весь сиял от счастья.
— Функционирует! — восклицая он. — Функционирует и дает небывалые результаты! Он протянул нам распечатанный файл.
— Немного туманно, — заметил Диоталлеви.
