Главный из гангстеров рассмеялся. Он двигался вальяжно, разболтанной походкой. Даже теперь, когда он стоял, его тело продолжало шевелиться, словно он все еще шел.
Он походил на червя, нанизанного на крючок и извивающегося на нем.
– Спокойно, брат, расслабься, – произнес он, широко разводя руки. – Сперва я хочу увидеть денежки…
Не говоря ни слова, первый спецназовец расстегнул молнию на пластиковой куртке и опустил руку во внутренний карман. На лице бандита появилась гаденькая улыбка. Он был рад увидеть деньги, даже если они предназначались не ему.
Получи их он – все равно бы пропил меньше чем за месяц, так что если быть объективным, не имело значения, сколько он подержит их в руках.
Сам он, правда, так не считал.
В руке спецназовца, затянутой в черную перчатку, появилось шесть металлических пластин. Размерами не больше плитки шоколада. Но это был очень дорогой шоколад.
– Золото! – пробормотал бандит. – Люблю смотреть, как оно сверкает.
Драгоценные слитки, всегда были удобным средством оплаты среди тех, кто не доверяет чекам на предъявителя. За эти плоские куски металла можно было купить какую-нибудь маленькую страну.
Рука гангстера с обтрызенными ногтями потянулась через стол, но спецназовец держал металлические пластины так, что бандит не мог до них дотянуться.
Гангстер скрипнул зубами.
– Товар, – произнес боевик.
– Ладно, ладно! – Голос гангстера повысился до визга. – Нечего так суетиться, брателла. Если дон Джузеппе Зампичинини говорит, то он это делает!
– Здесь нет дона Джузеппе, – произнес бывший военный.
Эти слова прозвучали как угроза.
Боевик зыркнул глазами в сторону своих спутников и положил чемоданчик на деревянный стол. Он не пытался скрыть своего неудовольствия.
– Вот они, – сказал он. – Смотри не ослепни.
Спецназовец не стал открывать чемоданчик. Пару секунд бандит стоял, глядя на него непонимающими глазами. Боевик качнул в его сторону дулом пистолета.
– Открывай, – приказал он.
– Да расслабься ты! – воскликнул бандит. – Нет тут никакой бомбы. Тоже мне, робот полицейский,
– Открывай.
Гангстер не стал медлить, хотя это ему и не нравилось. Щелкнув замочками дипломата, он распахнул его.
Чемоданчик был довольно длинный и узкий. В таких перевозят драгоценности.
Спецназовец немного наклонил голову, рассматривая то, что оказалось в его руках.
Завораживающее взор колье состояло из одиннадцати бриллиантов. Самый крупный находился в центре; рядом с ним переливались камни поменьше. Чем ближе к золотым застежкам, тем камни становились миниатюрнее. Чудилось, что две горные реки, сверкая хрустальными каплями среди камней порогов, втекают в прозрачное лесное озеро, искрящееся центральным бриллиантом.
– Священное колье бьонинов! – воскликнул бандит. Он потирал ладони о задницу так энергично, словно пытался разогреть мотор и взлететь. – Свистнули из их главного храма. Они и обделаться не успели, как мы его – тю-тю. Писаются там сейчас кипятком. Нечему им молиться…
Дробный смех посыпался изо рта бандита, словно осколки выбитых зубов.
Спецназовец вскинул пистолет и направил его в голову гангстера.
– Эй, брателла! – закричал преступник. – Ты чего это? Мы же по-хорошему. Дело есть дело. Договорились же…
Двое других боевиков подняли оружие одновременно со своим командиром. Они были хорошими солдатами.
– Это не все, – произнес Спецназовец.
– Не все? – Бандит запнулся, лицо его побелело, покрылось испариной.
– Эта куча хлама ничего не стоит, – сказал военный. – Без камня Окарины. Бьонины скрыли от всех, что камень тоже украден. Но господин Бортерг знает все.
– Ах да, конечно. – Гангстер принужденно засмеялся. – Камень. Как я мог забыть? Он у нас отдельно. Анна!
Женщина отделилась от группы гангстеров и подошла к нему. Ее платье было перетянуто тонким поясом, сплетенным из трех кожаных ремешков. К нему была прикреплена небольшая сумка вроде той, что носят рыночные торговцы и кенгуру.
Пальцы женщины разомкнули силовую застежку, и в ее руке появился небольшой футляр.
– Встречайте! – воскликнул главный из гангстеров. – Камень Окарины!
Женщина подняла крышку футляра и передала его спецназовцу. Военный положил на ящик пластины из драгоценного металла и взял из рук Анны сафьяновую коробочку.
Левая линза его черных очков вспыхнула, по ее краям побежали ярко-зеленые огоньки. Одиннадцать секунд боевик изучал то, что находилось в футляре. Он коротко кивнул и закрыл крышку.
– Это камень Окарины, – произнес он. – Джентльмены, сделка совершена.
Франсуаз вскинула к плечу карабин. Вздрагивающая метка лазерного прицела скользнула по черному боку одного из автомобилей. Девушка плавно спустила курок. Молния выстрела пронеслась над высохшей прерией. Машина обратилась в огненный шар, который становился все больше и больше.
– Я с детства любила фейерверк, – произнесла девушка.
Спецназовец поднял пистолет. Он не знал, что произошло и виновны ли в этом его партнеры по сделке. Но он не собирался выяснять это слишком долго.
Франсуаз перевела дуло карабина на второй автомобиль.
– Фейерверк должен продолжаться, – пояснила она.
