В свои только на прошлой неделе исполнившееся семнадцать лет - она несовершеннолетняя, за которую все решает семья и школа. Сегодня она еще относится к числу магов и является ребенком. Но не завтра. Завтра, начнется ее первый день как простого человека. И девушка в семнадцать лет считается взрослой. Хоть в шестнадцать и наступает совершеннолетие, девушки по-прежнему не имеют самостоятельности, они уже считаются взрослыми. И удочерить совершеннолетнюю - это совершенно другое дело. Такой ребенок так никогда и не сможет стать полноправным членом рода сон Локкрест. Кроме того потребуется ее согласие, а Альварес был не совсем уверен, что после столь серьезной травмы она будет в порядке. Даже наоборот. Будь с ней все хорошо и примись она за свои рассуждения за и против, сон Локкрест сомневался, что чаша весов не склониться в сторону "против".
- Можете войти, - сообщил секретарь, стоило герцогу показаться на пороге.
"Зал Советов" казался особенно огромным, когда там оставался только император. Его величество очень часто разбирал доклады именно там, на возвышении, сидя на великолепном троне, за столом заваленным множеством документов. Как всегда он все еще был в церемониальном облачении.
Эта "традиция" появилась у него на третий год правления. Организм уже полностью окреп, и подобные нагрузки стали доступны.
Со стороны казалось бы, что здесь сложного? И что это за мания величия - восседать целый день после собраний министров или ассамблеи, на парадном троне, со всеми регалиями присущими правителю?
Сон Локкрест еще от прежнего императора слышал жалобы на этот роскошный предмет интерьера. Выглядит впечатляюще. Но на этом гигантском диване даже на спинку не облокотиться, настолько она далеко. И декоративные подушки разложенные рядом ситуацию не меняли.
Много часов подряд сидения на этом предмете пытки... Около десятка килограммов - это только шелка без учета короны, драгоценностей и иных регалий.
- Император - сын Небес, - просто ответил, Алфей, когда обеспокоенные Великие Герцоги попытались выпроводить его в Императорский кабинет. И взгляд при этом был у него тогда такой, что тема более не поднималась.
Император - сын Небес, и никто не усомниться, видя его там, на золотом троен в этом огромном парадном зале. Если бы это зрелище представало пред людским взором... меньше чем на священный трепет, от этого вида рассчитывать не приходилось. Но Император работал без маски, а значит вход был строжайше воспрещен.
Так для чего все это?
Император - сын Небес. Монарх - это не просто человек с безграничными возможностями. Монарх - человек с безграничными обязанностями и ответственностью. Трон - это не неудачная вычурная деталь интерьера. Трон - это вершина мира, внешне прекрасная, но требующая колоссальных усилий, дабы ее занимать. Блеск шелка и драгоценных камней церемониального одеяния - потрясающая вещ. А еще ее тяжесть отражает всю ту тяжесть возложенной на него ответственности. "Зал Советов" - огромный и величественный. Заполненный кучей чиновников и аристократов на собраниях и такой пустой в иное время. Он напоминает, как одинок правитель на своем месте. И как ограничен вид отрывающийся с его места. Как бы велико не было помещение, оно имеет стены. И эти стены границы, отрезающие его от остального мира.
Альварес в глубине души не мог не радоваться, что им достался такой гипер-ответственный правитель. Он помнил того мальчика - одного из "золотых" принцев. Алфей изменился до неузнаваемости. Былая беззаботность и легкость общения совершенно исчезли.
- Ваше Величество, - склонился он в придворном поклоне, - спасибо, что согласились принять в столь поздний час.
- Государственные дела часов не считают, - ответил Алфей, жестом руки давая понять, чтобы сон Локкрест поднимался к трону.
- Боюсь, сегодня я не являюсь образцовым подданным вашего величества. И пришел сюда с личной просьбой.
- Вот как, - откладывая кисть, император полностью сосредоточился на госте. - Это действительно непривычно. Даже не знаю, есть ли в этой стране нечто, ради чего потребуется моя помощь? Вы один из немногих, кто за все годы моего правления ничего не просил для себя.
- Вы преувеличиваете мои возможности, ваше величество. Род сон Локкрест итак безмерно одарен императорской милостью, просить что-то у вас - это проявление жадности. Однако прошу сегодня сделать исключение.
- Право, любопытно, что же смогло пробудить вашу жадность?
- Я прошу ваше величество разрешить мне удочерить девочку. А так же подтвердить ее вхожденье в род сон Локкрест.
- Действительно, жадность. У вас столько прекрасных сыновей и дочерей. И вы далеко не старик, так что своих детей еще достаточно будет. Что же с подвигло вас на такой поступок?
- Жадность, ваше величество. Мы не выбираем себе детей. Небеса дают их нам, и мы пытаемся воспитать из них достойных людей. Но эта девочка... я с гордостью смогу называть ее своей дочерью. Сейчас для нее наступают тяжелые времена, и мне будет спокойнее, если она встретит их под защитой дома сон Локкрест.
- А дом сон Локкрест действительно станет ей родным?
