И вдруг что-то просвистело у лица, и женщина резко открыла глаза. Змея упала Альбине на колени и тут же ускользнула в сторону леопарда – тот всадил в нее когтистую лапу и притянул к себе. Змея не успела развернуться, как острые зубы кошки проломили ее черепушку.
Прилизанный оборотень с мешком довольно усмехнулся.
– Не такой уж ты и бездушный и бессердечный, как хочешь показаться, – на ломаном русском произнес он.
Леопард выплюнул добычу и, не глядя на Альбину, лег и закрыл глаза. Женщина же тяжело и часто дышала, потихоньку осознавая, что только что чуть не произошло.
Альбина перевела взгляд на Леона, потом на дохлую змею и почувствовала, будто из тела вытащили позвоночник. Прислонилась спиной к холодной решетке клетки и перевела взгляд на рыжего.
– Хочешь еще? – как ни в чем не бывало поднял он тарелку с фруктами.
Врача гибридов замутило от пережитых эмоций. Зажав рукой рот, женщина еле справилась с приступом тошноты. У нее всегда была такая постыдная реакция на страх и шок, а тут все сразу. Ее чуть не укусила ядовитая змея – это раз, и спас Леон – это два.
В оба факта абсолютно не верилось.
Женщина поправила через белый халат нижнее белье, удостоверилась, что смертельный заряд для леопарда все еще на месте, и еще больше испытала внутреннее напряжение. Альбина всегда жила по принципу «око за око» – зло за зло, добро за добро. Идя в тыл врага, подписываясь на эту авантюру, женщина не сомневалась, что должна доделать начатое дело и убить Леона. Не позволить использовать его, снова превратив в человека.
Но сейчас ее уверенность пошатнулась, ведь леопард ее спас.
– По рукам?
Волк заграничный, подвид бессмертный, пытливо посмотрел на Никса.
– Откуда мы знаем, что информация о Ларсе правдива? – Песец скрестил руки на груди.
Майк настаивал, что блондину можно довериться. Что швед поставил все на кон ради чего-то дорогого сердцу, но песец сомневался.
– Я почти умер. Думаешь, я пошел бы на такой риск ради него? – Алрик отзеркалил Никса – тоже сложил руки на груди.
– Ради сестры, о которой ты рассказал. Вполне в твоем духе. Если бы это было одно из условий – ты бы именно так себя и вел. – Никс уже отправил всю информацию на проверку, но не собирался говорить об этом волку.
Швед кивнул, соглашаясь.
– Не буду спорить. Пошел бы. Тогда придется поверить на слово.
– Через два часа мы отдаем твоим труп. Он выглядит в точности как ты. Больше не надейся на своих. Они поверят, потому что моя Кира до деталей повторила твой запах и оставила его на умершем.
– Отлично. – Нордический блондин сразу стал выглядеть куда менее напряженным, и тут впервые песец подумал, что Майк может быть прав.
Возможно, этот заграничный бессмертный не так уж и плох.
***
– Какие гены вставить?
Альбина слушала этот разговор и скрипела зубами. Леону вернули человеческий облик, и все из-за ее слабости. Он спас ее, и она не могла теперь отплатить ему смертью.
«Я – не он, я – не он. Не могу отплатить плохим за хорошее», – постоянно повторяла про себя врач гибридов.
– Это обязательно? Мне не нужна никакая примесь. – В носогубных складках Ларса можно было поймать легкую брезгливость.
– Без этого не сработает, – ультимативно заявил Леон, спокойно глядя на сверха, перед которым так робели помощники.
Побыв в шкуре зверя, Леон о многом размышлял. Было время. Но его слегка изменило даже не столько заточение в животном теле, сколько наблюдение за людьми. Они думали, что смотрят на него в зоопарке, на самом же деле это он наблюдал за ними. Особенно за парочками. И сделал много интересных выводов.
– Что добавлено у Майконга? – Ларс хотел казаться совершенно незаинтересованным, безразлично смахнул пыль с плеча.
– Ген шакала, который он ненавидит. – Леон улыбнулся – этот факт до сих пор забавлял его.
– Падальщик, – брезгливо скривился Ларс. – Если нужен ген, то только благородного животного.
– Конечно. Как насчет льва? – Леон хитро сощурил глаза.
Швед задумчиво кивнул:
– Да, пожалуй, звучит достойно.
Альбина до сих пор сидела в клетке и сейчас была даже рада этому. И пусть в помещение натаскали оборудования, пусть леопарда снова сделали человеком, она с исследовательским интересом наблюдала за всем.
И даже себе не могла признаться, что ищет в скользящем мимо нее взгляде Леона нечто большее, чем безразличие.
Света прижалась щекой к горячей груди Майконга и медленно закрыла глаза. В тот же миг девушка уснула, тем самым тронув лиса до глубины души. Она доверяла ему. Наконец-то!
Тюремный холод и сырость, казалось, не смели подбираться к паре. Оборотень позаботился, чтобы его истинной было комфортно и тепло. Майк дотронулся до волос девушки, заправил прядь за ушко и вспомнил, какими длинными были ее волосы при их первой встрече. Пальцы невольно сильнее сжали локоны, когда Майк вспомнил о своей почти теще.
Вдруг Света открыла глаза и посмотрела прямо на него.
– Я дернул за волос? Прости.
– О чем ты думаешь? О том, как нам выбраться отсюда?
Майк невесело усмехнулся, крепче прижимая девушку к себе.
