— Нет у меня других забот, кроме как помнить все, что я вычитала в «Бэббл». Тебе проще, Миртл, у тебя нет детей, но я абсолютно уверена, что главное в этой игре — скорость: кто прибежит первым, тот и победил. И потом, совершенно непонятно, как сохранить имена убежавших людей в тайне. Как они могут вдруг исчезнуть, если здесь, в нашей компании, все прекрасно знакомы и сразу хватятся?
— Можно дождаться, когда все лягут спать.
— Но даже тогда жена или муж сразу сообразят, кого не хватает.
— Помолчите секунду, — вмешалась миссис Карберри. — Ведь это очень просто исправить. Что, если назначить час икс и договориться, чтобы все женщины оставались в своих комнатах, а все мужчины сидели где-нибудь внизу? Ах, ну да, тогда мужчины сразу поймут, кого из них не хватает.
Тут свое предложение выдвинул Бридон.
— А почему бы всей толпой не броситься в гараж и не начать выезжать оттуда на своих машинах? Разве тогда мы не заметим, кто там был и чья машина уже выехала?
— Да, но тогда не получится сюрприза, — возразила ему Филлис. — Может, стоит вывести все машины из гаража и оставить их на подъезде к дому? Тогда будет не так заметно.
— А вот это подойдет, — согласилась с ней миссис Халлифорд. — И послушайте, знаю, что еще нам надо. Во главе процессии должен ехать «Моссмен», его должны вернуть с минуты на минуту, и тогда я и Джек можем поехать на «Бридж». И зайцы, кем бы они там ни были, могут воспользоваться «Моссменом» — легкая в управлении машина, ребенок справится, ну и, разумеется, мы должны дать им фору.
— И все же хотелось бы, чтобы в игре был простор для догадок, — вмешалась миссис Карберри. — Можно оставить всех мужчин позади, ну за исключением, конечно, похитителя невесты.
— Что? — воскликнул ее муж. — Разве я допущу, чтобы моя маленькая девочка колесила по здешним местам без меня? Я слишком хорошо знаю свою маленькую девочку. Нет, я не собираюсь в этом участвовать, и знай: если попробуешь сбежать, я буду рядом, ангел мой, дорогая моя старушка.
Пытаясь сострить, Джек Карберри всегда умел создавать момент, после которого в разговоре возникала неловкая пауза. Толлард бросил взгляд на Анджелу и снял напряжение, поспешив перейти от частного к общему.
— Полагаю, — заметил он, — что люди Викторианской эпохи были бы просто шокированы всем этим.
— Ну, разве что чуть-чуть, — сказала Анджела. — Но ведь все они уже мертвы. Я часто удивляюсь тому, как много времени мы тратим на то, чтобы шокировать людей, которых уже нет на свете.
— Так, давайте договоримся окончательно, — сказал хозяин дома. — Хотят ли наши гости участвовать в этой игре? Может, кто-то отказывается? Как насчет вас, Уорсли? Вы ведь без машины.
— Да, без машины, как вы изволили выразиться. И если повезет и выбор падет на меня, то я поставлю всех в неловкое положение, стану балластом. А в остальном возражений нет. Дома оставил холодильники, пусть размораживаются. И еще мне надо бы поработать над статьей, ее ждут.
— Лично я за то, чтобы все спокойно сидели в доме, — сказал Толлард. — Думаю, что эта затея — дрянь, никуда не годится, но играть пойду, если меня пригласят. Да, кстати, если жертвой суждено стать мне, то моя машина исключается. Ее просто некому вести.
— Да, это правда, — пробормотал Халлифорд. — И все же будем надеяться, что этого не случится. Вы, Арнольд?
— Ну, разве только в том случае, если кому-то очень понадоблюсь…
— Ерунда, — отрезала его жена. — Разумеется, ты нужен мне. Кто будет менять колесо, если вдруг случится прокол? Ну, разве только в том случае, если ты будешь с зайцами, но тогда не вписываюсь я. А что, если нам выбрать зайцев? Думаю, в той статейке написано, что на эту роль приглашают много людей.
— Я не помню, — сказала миссис Халлифорд, — много ли людей они привлекали на эти две роли. Может, привлекали побольше женщин, и одна из них сама выбирала похитителя.
— О, так было бы гораздо лучше! — воскликнула Филлис. — Она могла бы дать ему знать еще днем, так, чтобы никто не подслушал и не увидел. Может, мне сбегать за почтовой бумагой? Тогда мы сразу привлечем много народа. Да, а как насчет страховки от всяких там повреждений? Придется вложить какие-то деньги.
— У нас шесть авто, правильно? — заметил Халлифорд. — Давайте назначим каждому из зайцев по пятерке, если они удерут. А если кто проиграет, то поймавшая жертву гончая получит десять фунтов. Как вам такая идея?
— Мы еще не решили, будем ли вообще играть, — сказала его жена. — Миссис Бридон, вы, наверное, страшно устали после вчерашней поездки? Просто не хотелось бы утомлять людей, втягивать в неинтересное для них занятие.
— Нет, почему же, мы в игре, — сказала Анджела. — Когда муж, сидя через стол, строит такие гримасы, это означает его согласие пойти ради меня на уступку. Конечно, мне хотелось бы получить двадцать пять фунтов, но об этом нечего и мечтать, меня вполне устроит десятка. Нам, знаете ли, миссис Халлифорд, всегда везет с машинами. Я часто позволяю мужу сесть за руль, и ничего страшного не случается.
