Шел мимо стройки, никого не трогал. Упал, очнулся... Ниче се! Вокруг незнакомые люди говорят удивительные вещи. Что? Я теперь мент? Ненавижу ментов. Я даже с военной службой завязал, чтобы спать спокойно! Хотел тихой жизни? Получите – распишитесь! За окном – Советский Союз 2023 года. Не было Перестройки, не было демократии. Да и с гласностью как-то не задалось. Капиталистический запад загнивает. Советские технологии - лучшие в мире. По улицам ездят "Жигули" и "Волги". Светлое будущее наступило. Разобраться бы теперь...Почему все это существует? Почему я ни черта не помню? И где Российская Федерация со всеми ее минусами? А еще непонятно, что за гнида объявила на меня охоту. На меня – майора Громова, обычного, советского мента.
Топ-топ-топ — время шло. Настенные часы с осколком, вонзившимся посреди циферблата, отсчитывали секунды, и тики совпадали с ударами моего сердца. Осталось каких-то десять-пятнадцать минут, потом хватится охрана, которая осталась за пределами резиденции. Пропала связь, значит, что-то пошло не так. У них. У меня все нормально. Вот только время бежит слишком быстро. А еще нужно найти эту чертову вещь…
Кровь… Очень много. Такое чувство, будто у меня — особо извращенная фантазия, потому решил устроить здесь кровавый водопад. Или кровавое озеро. Или кровавые реки…
— Да плевать.
Говорил сам с собой, будто от этого события ускорятся. Звук собственного голоса меня успокаивает… Вот так можно было бы сказать. Но не скажу. Потому что я и без того совершенно спокоен. Единственное, что слегка напрягает — время. Надо спешить, надо торопиться. Вокруг, правда, очень много крови… Но это — неизбежный побочный эффект. Да и потом, очень скоро здесь все сгорит дотла. Так какая, к чертовой матери, разница…
Называть происходящее можно, как угодно. Массовый террор. Бессердечная расправа. Коллективное убийство первых лиц союзных республик. Это вообще не важно. Жонглировать словами и выражениями сейчас неуместно. Главное — я смог. Мы смогли.
— А сколько было пафоса и суеты… Как же… Правительственный санаторий. Охрана такая, что хрен подберёшься. Да и место тоже выбрали не случайно…
Я переступил одно из тел, лежащих на полу. Наклонился, за плечо развернул к себе лицом. Коротко стриженные седые волосы, квадратная челюсть, кустистые брови. Вот только на физиономии вместо привычного, самоуверенного выражения — удивление, шок, неверие.
— Ух, ты… Владимир Сергеевич собственной персоной… Смешно… Серьезный человек из Комитета Госбезопасности… Что Вы там говорили? Именно здесь есть дополнительные пути отступления?
Естественно, ответить на вопрос было некому. Ни Владимир Сергеевич, ни остальные участники этой встречи поспорить со мной не могли. Или не поспорить… Сложно высказывать точку зрения, когда ты окончательно и бесповоротно мертв.
Да, помню этот разговор… Владимир Сергеевич, активно размахивая руками, доказывал свою правоту остальным участникам совещания. Мол, Беловежская пуща весьма удобно поделена на две части. Сразу после Великой Отечественной Войны Сталин прямо на карте провел красным карандашом толстую линию. Ага… Слыхали, слыхали…Граница Польши очень близко… Особенно Владимира Сергеевича радовала эта близость границы.
— Ну и что? Помогло? — Спросил я старого комитетчика, а потом отпустил его плечо. — Да все понятно, ребятушки…
Я двинулся дальше, пытаясь среди беспорядочно лежащих по залу тел найти нужное мне. Черт… Нужное тело… Звучит, конечно, за гранью добра и зла. Хотя, учитывая, что на моей совести сейчас порядка полусотни жизней…
— Никто из вас, приехав на эту встречу, не был уверен в том, что подписание договоренности не превратится в массовый арест всех участников. И да, я в курсе, не так далеко в лесу сидят мои «коллеги». Ждут приказа. Вот только приказа не будет. Я это знаю точно.
Приблизившись к очередному телу, снова повторил ту же самую манипуляцию. Развернул его к себе лицом. Зачем они все так падали-то? Мордой вниз. Неудобно, честное слово. Приходится тратить время на лишние движения.
— Черт…Снова не то… Так вот… — Я выпрямился, провел рукой по лбу, потом в который раз посмотрел на часы. — Конечно, в случае чрезвычайной ситуации, отсюда можно уйти на польскую территорию, через лес, где очень тяжело разыскать и догнать группу беглецов. На то и был рассчет. Поэтому вы встретились именно здесь. Суки…Вопрос в том, что ни один из вас не допускал вариант событий, при котором бежать будет не́кому. Потому что ни один из вас понятия не имел, какая работа ведется за спиной руководства страны. Да вообще никто не имел понятия. Кроме нас, пятерых. И Юрия Алексеевича. Дай ему бог здоровья… Если бы не этот человек, хрен бы у Союза был шанс избежать предательства со стороны самых высших лиц… Говорю же, суки и есть. Ничего… Завтра страна узнает правду. Весь мир узнает правду. О том, какая гниль развелась в этих чертовых эшелонах власти. И о том, что правое дело, оно не умерло. Мы просто ждали того самого момента. Ждали и готовились к нему почти тридцать лет. Все наши разработки завтра станут достоянием народа. Союз сохранится. Все будет, как должно быть.
Я оттолкнул очередное тело. Опять не тот. Где же эта тварь, интересно?
Повернул голову и посмотрел на свое отражение. За окном, которое поднималось от пола до потолка, смеркалось. Поэтому я видел всю картину целиком.
Форменная одежда халдея немного подбешивала, честно говоря. Но иначе я не смог бы сюда попасть. Пришлось внедряться через обслуживающий персонал.
