Так же тихо и мягко он что-то сказал по-кантонски начальнице службы безопасности. Та что-то быстро и нервно возразила, тоже по-кантонски. Мойра увидела, как глаза Мина загорелись яростью. Он не любил получать отпор. Повернувшись к охранникам, босс что-то приказал им по-мандарински, они подошли к Регине, схватили ее за руки и куда-то потащили. Начальница службы безопасности на прощание бросила через плечо последнее проклятье. У Мойры закружилась голова, сердце выскакивало из груди. Что они собираются с ней сделать?
— Оставьте нас, — сказал Мин Туве, доктору Капур и Джулиусу. — Мне надо поговорить с Мойрой.
— Но… — начал было его сын.
— Я сказал: оставьте нас, — повторил Мин по-английски, а потом по-кантонски тоном, не терпящим возражений.
Выходя из комнаты, Джулиус втянул голову в плечи, и лицо его побагровело. Туве Йохансен бросила на Мойру леденящий душу взгляд. Когда они вышли из комнаты, Мин Цзяньфен повернулся к ней, и ее охватил тот же ужас, что когда-то перед камерой в одной из комнат штаб-квартиры компании в Центральном округе.
— Двадцать восемь лет… — тихо и внятно произнес Мин. — Двадцать восемь…
Узкие глаза под игуаньими веками сверкнули, словно по ним пробежала искра короткого замыкания. Он подошел к изображению святого Себастьяна и секунду смотрел на него, заведя руки за спину.
— Много лет я все думал, увижу ли тебя еще раз… Вот так, во плоти. Я не раз собирался сам отправиться в Париж. Знаешь, я издали следил за каждым твоим шагом, за твоей жизнью. Нанимал частных детективов, чтобы получить твои фотографии, новости о тебе… А потом появился Интернет и мобильные телефоны, и все стало намного проще…
Он обернулся и пристально посмотрел на нее.
— У меня куча твоих фотографий: в пять лет, в десять, в двенадцать… где ты играешь в саду или смотришь в окно.
— Я знаю,
Мин бросил на нее быстрый, острый взгляд.
— Ты поэтому и согласилась принять этот пост в компании, чтобы увидеться со мной?
— Тогда я еще не была уверена…
— Что я — твой отец?
Мойра кивнула.
— А сейчас уверена?
— Я сравнила наши ДНК.
— Скажи спасибо Отделу электронного здоровья во главе с доктором Капур, — иронически заметил он. — Ты из-за этого потребовала доступ ко всем данным, включая мои?
— Ты сам знаешь. Ты с самого начала знал, что именно я ищу, и хотел, чтобы я докопалась до истины… Что я действительно твоя дочь… Регина допытывалась, почему ты не арестовал меня раньше, почему позволил копаться в данных…
Мойра вспомнила его слова во время той первой виртуальной встречи с ним в Центральном районе: "Не возникало ли у вас желания лгать матери?".
Мин улыбнулся и принялся ходить взад-вперед по огромной гостиной.
— А мне захотелось, чтобы ты увидела все, чем мы тут занимаемся. Мир завтрашнего дня.
— А сбои DEUS’а? Твоих рук дело?
— Это она тебе сказала?
— Нет, это я так считаю.
Он покачал головой.
— Ты ведь знаешь, у меня была дочь, Пин Йе. Блестящая девочка. Вундеркинд. Пин Йе была вся в меня, плоть от плоти моей. Мы во всем были похожи. Ничего общего с Джулиусом: этот — вылитая мать. Пин Йе должна была унаследовать всю мою "империю". Она подняла бы ее на такую высоту… И тут эта чертова авария. Ты на нее очень похожа…
— Но у меня нет с тобой абсолютно ничего общего, — возразила Мойра.
— Это тебе так только кажется… Только кажется… Я мог бы убить твою мать, но не сделал этого.
— Там было много народу. Китайская делегация, с которой ты приехал… в частном отеле в Шестнадцатом округе… Помнишь? Вечеринка весной… Кажется, в тот день я и была зачата. Ты был тогда молод. Кто знает, может, в то время тебе хватало их просто насиловать…
— Я вижу, она тебе все рассказала…
На какую-то долю секунды ее вдруг охватило отчаянье.
— Да, и мне пришлось с этим расти…
— Пойдем, — сказал Мин. — Пошли, пошли.
Теперь он что-то держал в руке. Мойра не смогла бы сказать, в какой момент это появилось. Какой-то компактный черный предмет… револьвер.
— Куда пошли? Куда мы идем?
— Наверх.
Куда делись все остальные? А охранники? Они должны быть где-то неподалеку… Мойра с Мином дошли до ротонды, потом поднялись по винтовой лестнице на второй этаж и по коридору дошли до какой-то двери.
"Наверное, это его спальня", — констатировала она, входя.
Широкая кровать резного дерева была приподнята над полом. Застекленные двери обрамляли тяжелые двойные шторы из тафты. А за окном бушевала буря: Мойра видела деревья, похожие на птиц, которые вот-вот улетят. И в спальне Мин не закрыл ставни.
— И что мы тут будем делать?
— А ты что подумала? Что я стану тебя насиловать? Ведь ты моя дочь…
— А как ты узнал, что я твоя дочь? В конце концов, ты ее изнасиловал и уехал обратно в Китай. С чего вдруг ты стал беспокоиться обо мне?
Мин подошел к золоченому барочному комоду, украшенному орнаментом в виде ракушек, выдвинул один из ящиков, достал пачку писем и протянул ей.
— Что это?
— Это письма, которые твоя мать посылала мне в течение двенадцати лет, до самой смерти.
