Иван Михайлович Тулин работал в Управлении давно. И до перестройки, устроившись водителем сразу после окончания срочной службы и во время и в славные девяностые. Знал он и Травкина, когда тот был ещё «зелёным огрызком» и находил девчонок для фильмов «спелой клубнички» по их заказу. В то время очень востребованный товар был и у нас и на зарубежных берегах.
– Да были времена, были деньги. Не то, что теперь эти копейки. Хорошо успел дом отгрохать под мини гостиницу. Наплыва отдыхающих пока не наблюдается, всем же теперь заграницу подавай, но ничего. До пенсии всего ничего, так что и малость отдыхающих подспорье. Только вот зачем этой приезжей приспичило ковырнуть эти старые дела? Зачем я повёлся на Колькины уговоры и подкупил стажёрку из нашего архива. Побоялся, что меня ковырнут. Молодой тогда дурак был. Но руки мои чистые на них не то, что на Кольке крови нет, – думал он, пока ждал Егора с Мартой.
Водитель встрепенулся от громкого голоса Егора.
– Всё понял, передам, – майор повернулся к уже севшей в автомобиль Марте и сказал, – тебя разыскивает Тамара Георгиевна, она нашла эти дела.
– Куда едем? – тихо спросил и закашлялся водитель.
– Михалыч ты чего? Тебе плохо? Красный весь стал. Давление подскочило? – озадачено спросил Егор, – в управу конечно. Михалыч, ты это, смотри не болей. Мне свой драндулет надо в сервиз отогнать. Как мы без тебя будем безлошадные?
– Конечно, привыкли, туда-сюда меня гонять. Ничего справитесь. Это в наши времена все опера безлошадные были, а теперь посмотришь, чуть не все на джипах разъезжают, – ответил водитель.
А про себя Иван Иванович с тревогой на душе думал.
– Знал бы, о наших прежних делах зубы не скалил бы. А чего, собственно я трепыхаюсь? Я только отвозил этих гулящих малолеток на место. Всё равно бы скурвились. Были бы порядочными так сидели бы по домам. Так нет! Находили места, где полный комплект: разврат, наркота, выпивка. Слетались, как бабочки на свет. Одно слово – путаны! Но на это все сроки давности вышли. Свидетелей тех событий нет. Остался только Травкин. Но он же не враг себе. Тем более он пропал. Почувствовал гнида запашок. Слинял в загранку, наверняка. Сейчас только похищение девчонки мне могут припаять. Зачем я с Колькой связался? Ещё не дай Господь, его убийство мне притянут. А как? Я приехал с ним на встречу он уже хрипел. Интересно кто это мне так помог? И откуда узнал этот благодетель, что у нас там встреча? Может Травкин его того? Больше некому. Значит тот фраер на джипе, который пролетел мимо меня и был Травкин? Номера краснодарские. А может, ещё один свидетель тех дел есть? Ах, Коля. Теперь вот девчонка из архива. Интересно она уже показала на меня?
– Михалыч ты точно заболел. Куда поехал? – Егор с удивлением смотрел на водителя.
– Слушай майор, с утра мне неможется. Может я на сегодня всё? Пойду, отлежусь?
– Да, конечно, езжай, если что я на своей подстрахую, – Егор с Мартой быстро вошли в помещение архива.
Там их ждала Тамара Георгиевна.
– Вот ваши дела, – она указала на две специальные коробки со сложенными в них папками, – скорее всего кто-то перепутал номера стеллажей. Всё невнимание, – ворчала старая сотрудница.
– И кто же мог перепутать, Тамара Георгиевна?
– Как я могу сказать кто? При мне никто, потому, что я точно знаю, куда и что надо ставить. Молодёжь надо спросить. Это они никак не научатся ответственности.
– Так, Тамара Георгиевна, дела я забираю, давайте оформим все бумаги, а список всех сотрудников архива вы мне по компу перекиньте, хорошо? – Егор, взяв с собой коробки, поднялись с Мартой в его кабинет.
– Марта пошли «на ковёр», а потом решим что к чему.
За большим столом заставленным бумагами, телефонами, сидел грозный на вид Степан Миронович.
– Ну, что, голуби мои. Долетались? Марта Леонидовна, почему вы не сказали, что вы родственница Петра Кузьмича?
– Потому, что мы не родственники.
– Не понял. А кем вам доводится его жена?
– Мы больше, чем родственники.
– То есть…
– Мы духовно ближе, чем родственники по крови. А откуда вам известны наши взаимоотношения?
– Откуда? Бабушка вашей дочери звонила. То бишь, супруга вашего не родственника. Вторые сутки вы не можете найти собственную дочь, понимаете!
Степан Миронович ещё сказал бы много того, чего думает, но затрезвонил мобильный Егора, – выслушав чьё-то сообщение, он доложил.
– Мои ребята сейчас роют на месте нахождения Марианны Кольцовой в восемьдесят восьмом. Теперь там не далеко торговая точка. Продавец палатки, говорит, что вчера видела полицейскую машину. Из неё вышел мужчина, по описаниям схожий с найденным на старом рыбзаводе трупом. Он купил упаковку воды и пошёл в сторону заброшенного посёлка. Больше она его не видела.
– Какие ещё шаги по факту похищения девочки вы предполагаете предпринять?
– Товарищ полковник, разрешите? Похищение моей дочери, это факт устрашения. Поэтому, я предполагаю, что похитители не ставят цель её ликвидацию, – от сказанного у Марты спазмой свело горло. Она откашлялась и продолжила, – вчера мне звонили с требованием покинуть город, после чего обещали вернуть дочь, – доложила Марта.
