Я натыкаюсь на труп, который валяется у обочины. Становлюсь на колени и среди грохота взрывов, лязгая зубами и плача от счастья, раздеваю мертвеца, натягиваю на себя его одежонку — сапоги мне малы, шапка тоже не лезет — и, согнувшись в три погибели, чешу что есть сил к лесу».
Трауб зашел к Тромпчинскому вечером, когда отгорел красный, поразительной красоты закат. Старика не было. Юзеф сидел в темной комнате и при свече играл Шопена. Лицо его, выхваченное из темноты зыбким светом свечи, было словно выполненным в черно-белой линогравюре.
— Вы любите только Шопена? Кажется, вы никогда никого другого не играете.
— Шопена я люблю больше остальных.
— Этим проявляете польский патриотизм?
— Ну, этим патриотизм не выявишь...
— Слушайте, Тромпчинский, отчего вы рискуете так говорить с немцем?
— Потому что вы интеллигентный человек.
— Но я немец.
— Именно. Интеллигентный немец.
— А мало ли интеллигентных немцев доносит в гестапо?
— Интеллигентных? Ни один. Интеллигент не способен на доносительство.
— У вас старые представления об интеллигенции.
— Старых представлений не бывает.
— Занятный вы экземпляр, Юзеф. Я записывал кое-какие ваши мысли. Вы никогда не сможете стать творческим человеком, потому что над вами довлеет логика.
— А что вы такой встрепанный, милый мой вражеский журналист?
— Заметно?
— Очень.
— Иногда я начинаю глохнуть от ненависти к происходящему, а потом тупею из-за своей трусости. Нас всех они сделали трусами, презренными трусами, понимаете?
— Ну, полно, Трауб. Человека нельзя сделать трусом, если он им не был.
— Э, перестаньте. Не будьте только пророком. У нас их хватает без вас. Можно, все можно. Человек позволяет делать с собой все, что угодно. Он поддается дрессировке лучше, чем обезьяна.
— Что случилось, Трауб? Я вижу, вы не в своей тарелке.
— Вы как-то просили меня достать вам бумаги...
— Ну?
— Да нет... Ничего не обещаю, не люблю ничего обещать. Обещание — это проявление кабалы. Словом, если у меня что-либо получится, я постараюсь помочь вам... Вот, поглядите, — сказал он и положил перед Юзефом листовку, отпечатанную в Берлине.
