Ученая Ия, главная героиня повести «Африка в Сибири или Майский Жук», однажды слившись с Природой вдруг понимает, что она может летать. Пять снов о новой системе образования Vicinema видит Ия, встретившись с коллегами по науке. Они создают антигравитационную машину и новую систему образования Академии Vicinema – VOVAA. «Майский Жук или Африка в Сибири» – это научно-фантастическая повесть с сюрреалистически-романтическими моментами. Трое ученых встречаются на научном симпозиуме «Вопреки Законам Физики», где один из Профессоров представляет свой доклад «Божественная Халява» об антигравитационной платформе. Они восхищены идентичностью созданных ими летательных аппаратов, но не удивлены встречей и происходящим. Ведь они ещё обладают и телепатическими способностями. О чём договариваются учёные и что происходит в их Полёте? Где находится Африка в Сибири? И, почему Ия выбирает «Майского Жука», всё представлено во снах: Зимнем, Летнем, Весеннем, Осеннем и Межсезоньем.
– Мама, посмотри! Посмотри, как препятствие ускорило их!
Смотри! Смотри, как они ударились, оттолкнулись и поднялись ввысь!
– Вижу, сын.
– Но… посмотри сюда теперь! На других! А этих они замедлили! И даже остановили!
– Да, для этих это преграда. Для других – подъем и продвижение!
Рыбам – вода, птицам – воздух, человеку – вся земля, а сверхчеловеку – и вода, и воздух, и вся земля.
Ия сидела на своей любимой поляне в лесу под кленом, грустно рассматривая знакомый и уже, казалось, родной муравьиный домик. Она давно перестала удивляться поведению муравьиной семьи – крупных и блестящих черных насекомых, относящихся к виду Lasius niger. Читая мысли Ии, чувствуя ее настроение, они сегодня галантно останавливались возле её руки вблизи их муравьиной горки и, как и полагается лучшим друзьям, ощущая её грусть и горечь переживаний, охраняли ее сосредоточенное на печали настроение. «Нигеры» спешили сообщить обитающим поблизости муравьям других видов о важной гостье и её стремлении к умиротворению. Телепатическая работа была выполнена, как обычно, на отлично. Ия прилегла под кленом и уже минут через двадцать представители четырех видов муравьев очертили вокруг неё все её четыре слоя ауры из семи.
– Как же так? – невольно вырвалось у возмущенной Ии. – Почему такое отторжение? Ведь они же образованные и мыслящие люди науки! Как же так? Откуда столько идеологии? Столько политики в науки? Ведь говорили, что за океаном больше перспектив и свободы… Как же так…
Фу! Что за слизь?
Ия резко приподняла голову и стряхнула с запястья слизняка, уже активно начавшего свою работу. Вдруг она заметила, как старательно четыре группы муравьёв трудятся, обозначая границы её ауры.
– Как же можно не замечать и отвергать чудеса вокруг нас? Зачем эти профессора и эксперты так ограничивают себя и наши возможности? Боятся за народ? Так им давно до него нет дела! Они же политикой интересуются и финансами! Про эволюцию глаголют, но сами же вещают из своих ментальных тюрем. Подумать только: они удивляются как школьники, возмущенно заявляя: «Это же вопреки законам физики! Вы понимаете это, Ия?! Это же вопреки законам притяжения! Вы это понимаете, Ия?»
Они говорят со мной как с сумасшедшей или такой же, как они сами, школьницей, не выучившей урок.
– Да-а-а! Конечно же, это вопреки законам физики! Но верны ли эти законы физики? Они хоть раз усомнились или перепроверили их?
Им надо ещё добавлять: «Церковь вас завтра сожжет на костре, если вы ещё раз сделаете прилюдно такое заявление! Или мы вас отправим в психушку, если вы ещё раз усомнитесь в истинности законов физики…»
Ия глубоко вздохнула. Зажмурилась от яркого света уже поднявшегося над клёном солнца и моментально погрузилась в наслаждение ощущениями и звуками её родной поляны. Муравьи, как преданные хранители, продолжали очерчивать волновые излучения ауры Ии, все так же трудолюбиво защищая ее биополе от вторжения каких-либо других насекомых.
От ритмичных и мелодичных звуков и вибраций, слышных только Ие, она незаметно приподнялась над землей на расстоянии выросшей травы, которая теперь уже служила тонким пуховым матрасиком для уже дремлющей в лучах полуденного солнца Ии.
Ощущая и фиксируя переход от возбуждения к покою и долгожданному умиротворению, Ия уже собралась насладиться минутами парения, как вдруг её тело шлепнулось на землю.
– Ну что ещё?! – Ия открыла глаза и со стороны увидела саму себя и наклоняющееся над её губами старое, седовласое существо мужского пола.
– Ах, да! Забыла опять! Память не очистила и опять скучаю. Знать бы хоть, как он выглядит. Хотя это не обязательно. Мои «антенки» его и так опознают, когда увидимся… Надо только очиститься от памяти встреч со здешними профессорами… А то он целоваться хочет, а я ему про свои обиды рассказать уже собралась.
– Расскажи, что за обиды, – вдруг раздался над головой Ии мужской голос.
Ия резко вскочила и сразу же нарушила гармоничные ряды всех четырёх видов муравьёв. В панике они быстро смешались и стали расползаться по своим направлениям.
– Перегрелась. Опять забыла хотя бы листочек положить на макушку, – оглядевшись ещё раз, испуганно прошептала себе под нос Ия.
Она поднялась во весь рост. Выпрямилась. Успокоилась. Повернулась лицом к клёну. Прислонилась к нему и, закрыв глаза, поглаживая ствол дерева руками, нашла источник кленового сока. Нежно прижалась губами к уже подмокшей коре и, наслаждаясь кленовой влагой, вернулась в физическое тело. Влага окропила рот, и тонкая струя сока утолила жажду. От удовольствия тело расслабилось, плечи опустились. Ия запрокинула голову, подняла руки вверх и, покружившись, опустила руки, как будто приземляясь. Ещё раз взмахнув руками и вздохнув, она присела под самый ствол клёна на его корни, продолжая рассуждать вслух:
