Македонского разбили русы полностью

К югу от Барнаула, в устье Чарыша, впадающего в Обь, на приречных песках, по сообщению С. Н. Маркова, обнаружены монеты 111–105 гг. до н. э., а также 324 г. н. э. (боспорская), VI и X веков. Можно предполагать, что в устье Чарыша долгое время стоял город. Не исключено, что поставлен он был Александром Македонским. Быть может, неслучайно на подходе к нему с юга, неподалеку от Джунгарских ворот, были найдены пантикапейские монеты I в., а южнее, в Западном Тянь-Шане, боспорские монеты 400 г. до н. э. [38].

Вообще же дальность путешествий древних при ближайшем ознакомлении ошеломляет. На реке Камчатке, в 100 км от устья, есть оз. Ушки. На каменной осыпи одного из мысов рыбак О. И. Орехов обнаружил 4 монеты. Две из Пантикапея 4 в. до н. э. и 17 г. н. э. и 2 арабские (одна из Хорезма) [38]. Подобные находки принуждают более доверительно относиться к рассказу Саллама о его путешествии к стене Искендера.

Наибольшее количество археологических находок, связанных с Александром, было сделано, как это ни странно, в устье Оби. На одной чаше изображено не что иное, как сцена вознесения Александра Македонского на небо на грифонах (рис. 7). Чаша была найдена в 1982 г. в поселке Лопхари Шурышкарского района Ямало-Ненецкого автономного округа и считается византийской [58].

На самом деле, обнаружение принадлежащих Александру археологических нахоадок в устье Оби вовсе не случайность, если учесть, что он здесь зимовал, основал город и много чего просто так разбросал. Диодор пишет, что, «войдя в океан вместе с „друзьями“, он увидел там два острова; тотчас же принес там великолепные жертвы богам; совершая возлияния, бросил в море много чаш и больших золотых сосудов, поставил алтари Фетиде и Океану и решил закончить предпринятый поход. Повернув оттуда назад, он подошел по реке к знаменитому городу Тавале, политическое устройство которого напоминало Спарту: тут было два наследственных царя из двух родов, которые ведали всеми военными делами; верховная власть принадлежала старейшинам» [23, XVII, 104, 1–2].

В этой связи стоит ли удивляться тому, что рыбаки, закидывая невод в устье Оби, вместо золотой рыбки вылавливают серебряные блюда. В 1938 году в верховьях Лозьвы В. Н. Чернецовым была записана легенда о том, что среди рыбы, выловленной неводом на Оби, оказалось семь серебряных блюд, «и все одинаковые». Эти предметы позже оказались в хантыйских и мансийских культовых святилищах. Часть из них была обнаружена археологами. К их числу относится серебряное блюдо с Малой Оби, Верхне-Нильдинское серебряное блюдо и, возможно, Аниковское блюдо.

На блюде с Малой Оби, найденном А. В. Бауло в 1999 г., изображена сцена вознесения Александра на небо крылатыми львами, но специалисты-евреи посчитали, что на блюде изображен израильско-иудейский царь Давид с женой Вирсавией и сыном Соломоном [8, с. 143–153]. Между тем подобная сцена на рельефе Дмитриевского собора во Владимире отечественными специалистами признана сценой вознесения Александра (рис. 6).

Верхне-Нильдинское блюдо хранилось в качестве фетиша на культовом месте недалеко от селения Верхне-Нильдино на Северной Сосьве: «В центре блюда находится изображение крепости (или замка), которую с двух сторон окружают десять всадников. На верхнем ярусе показаны фигуры трех воинов. В башнях видны головы еще четырех человек. С верхней части крепости свешиваются две фигуры погибших, два тела лежат у подножия стены. В середине сцены – фигуры семи музыкантов с поднятыми вверх трубами и человек, держащий на плечах ящик. В окне над входом в крепость изображена женщина с поднятыми вверх руками. Блюдо датируется VIII – началом IX вв. и относится к продукции ремесленных мастерских Средней Азии» [16, с. 39–48].

Мне представляется, что на этом блюде изображена сцена взятия Александром столицы ассакенов города Массага, где царица Клеопида, немного посопротивлявшись, сдала Александру город, более того, обольстила его и родила ему сына.