Македонского разбили русы полностью

При этом следует заметить, что переходить горы с севера на юг, оставляя Индию справа, можно только в том случае, если речь идет о другой Индии, расположенной не на Индостанском полуострове. Такое описание вполне применимо к Индии в верховьях Оби, если горы Паропамис – это Саяно-Алтай, который Александр переходил с севера на юг по так называемой «дороге Чингисхана», пересекающей Западный Саян по левому берегу Енисея. Английский путешественник Д. Каррутерс так описал эту дорогу: «Между Джакульской долиной и рекой Кемчиком мы нашли хорошо сооруженную большую дорогу, шириной в шесть ярдов, поднятую над уровнем окружающей ее степи, с канавами по обеим ее сторонам. Полотно этой дороги было так же ровно и так же хорошо укатано, как и на любой английской большой дороге. Проходящие караваны, которые обычно оставляют позади себя ряды глубоких параллельно тянувшихся небольших впадин, образуемых ногами лошадей или верблюдов, следующих обычно друг за другом гуськом, на поверхности этой дороги не оставляли никакого следа. Она тянется с прямолинейностью былых римских дорог между двумя вышеупомянутыми пунктами, на протяжении приблизительно 50 миль». Г. Е. Грум-Гржимайло называл эту дорогу «несокрушимым временем шоссе». «Эта дорога, – писал С. Р. Минцлов, – должна быть той самой, о которой говорит Геродот, называя ее великим скифским путем, начинающимся от Ольвии и ведущим к подножию снеговых гор (Алтай)» [24, с. 5].

Западный Саян «дорога Чингисхана» пересекает левым берегом Енисея и представляет собой здесь мощеную диким камнем кочевую тропу. Тем не менее эта дорога была известна древним китайцам и называлась ими «дорогой цянов». «В китайских текстах сохранились сведения о том, что во второй половине 1-го тыс. до н. э. предки тибетских народов – цянские племена – передвигались на юг по так называемому Западному меридиональному пути, связывающему Южную Сибирь, Центральную Азию и северо-западные районы Китая с Юго-Западным Китаем, Вьетнамом и Бирмой. Древние китайцы называли этот путь „дорогой цянов“. В IV–III вв. до н. э. по нему же двигались на юг теснимые хунну „малые юэджи“, в то время как их большая часть (т. н. большие юэджи) переселилась в Бактрию» [51, с. 32–55].

Кофа в таком случае – это Катунь, а народ кафаи, проживавший, согласно античным авторам, к западу от Кофы, – это проживавшие на Алтае кара-катаи.

С другой стороны, для того чтобы оправдать доставшееся Страбону «оставление Индии вправо», великому географу пришлось вопреки фактам «загнуть» после гибели Дария маршрут Александра далеко на юг, почти до берега Индийского океана, во всяком случае, до 30-й параллели. Я думаю, именно Страбон был тем античным ученым, который протрассировал на карте и на местности маршрут Александра и «расселил» там и сям встречавшиеся Александру народы, как добровольно ему покорившиеся, так и сопротивлявшиеся. Именно на карте Страбона на берегу Индийского океана оказалась Гедросия, чуть севернее – Ариана, Арахосия, Дрангиана.

На самом деле «после Дария» Александр повернул не на юг, а на север.

Персидский царь Дарий III Кодоман был убит собственными приближенными – заговорщиками Бессом (сатрап Бактрии), Барзаентом (сатрап Арахозии и Дрангианы) и начальником персидской конницы Набарзаном. Коварное убийство произошло летом 330 г. до н. э. чуть восточнее Каспийских ворот. Каспийскими или Персидскими воротами назывался узкий горный проход, расположенный в горах Эльбурс возле южного берега Каспийского моря.