Кларк Эштон Смит
Махаут
The Mahout (1911)
Артур Мертон, британский резидент в Джизапуре, и его кузен Джон Хоули, редактор газеты в Агре, по приглашению Мертона приехавший поохотиться в Центральную Индию на несколько недель, осадили своих коней у самых ворот Джизапура. Слоны махараджи, считающиеся самыми большими и лучшими таскерами[1] Центральной Индии, выходили на свою ежедневную тренировку. Возглавлял эту процессию Раджа, великий слон княжества, возвышающийся над остальными, как военный корабль среди торговых судов. Это был великолепный слон, более двенадцати футов в холке, и оттенком немного светлее прочих, обычного грязно-серого цвета. На концах его бивней горели золотые наконечники.
— Какое царственное животное! — воскликнул Хоули, когда Раджа проходил мимо.
При этих словах махаут, слоновий погонщик, восседавший на своём подопечном, словно бронзовый идол, обернулся и поймал взгляд Хоули. Этот махаут был человеком, притягивающим к себе внимание, столь же выделяясь среди своих собратьев-махаутов, как Раджа среди слонов. Несомненно, он был весьма достойным человеком, похожим на представителей высоких каст, с гордым и бесстрашным взглядом, с густой, аккуратно подстриженной бородой и красиво вылепленным лицом с благородными чертами.
Хоули издал второе восклицание, встретившись взглядом с махаутом, и во все глаза уставился на него. Индус, бросив на него внушительный взгляд, отвернулся и слон продолжил путь.
— Я могу поклясться, что видел этого человека прежде, — сказал Хоули в ответ на вопросительное выражение лица своего кузена. — Это было близ Агры, около шести лет назад, когда я однажды выехал из города. Мой конь, беспокойный, очень чувствительный уэльсец[2] понёс при виде зонта, кем-то брошенного на обочине. Его было невозможно остановить, и всё, что я мог сделать — это просто держаться. Внезапно индус, которого мы только что встретили, или его двойник, выскочил на дорогу и схватил коня за поводья. Его протащило на приличное расстояние, но он сумел удержаться, и уэльсец, наконец, соизволил остановиться. Получив мои благодарности и с достоинством преуменьшив оказанную мне услугу, индус исчез, и с тех пор я его не встречал.
— Впрочем, маловероятно, чтобы этот махаут оказался именно им, — продолжил Хоули после паузы. — Мой спаситель был одет как представитель высшей касты и невозможно вообразить, чтобы такой человек стал погонщиком слонов.
— Я ничего не знаю о нём, — сказал Мертон, когда они въехали в город. — Он был махаутом раджи с тех пор, как я прибыл сюда год назад. Конечно, как вы и говорите, он не может быть тем человеком, который остановил вашего коня. Это просто случайное совпадение.
На следующий день после полудня Хоули отправился покататься верхом в одиночестве. Он свернул с главной дороги на ведущую в джунгли меньшую, собираясь посетить разрушенный храм, о котором ему рассказывал Мертон. Вдруг он заметил в пыли необычайно большие слоновьи следы, которые, как он решил, мог оставить только Раджа. Мимолётное любопытство насчёт того, почему слон направился в джунгли, а также касательно махаута, заставило Хоули пойти по этим следам, пока дорога не разветвилась, и они не свернули на тропу, противоположную той, по которой он намеревался следовать. Через несколько минут он вышел к прогалине в гуще буйных джунглей, и тут же быстро натянул поводья, при виде того, что там происходило.
Раджа стоял на просеке, сжимая в хоботе нечто, что Хоули сперва принял за человека, одетого в сине-золотой туземный наряд и красный тюрбан. Ещё один взгляд подсказал ему, что это было просто чучело — старая одежда, набитая соломой. Пока он наблюдал, махаут отдал негромкую команду, подкрепив её ударом за ухо анкусом, или стрекалом. Раджа взмахнул хоботом и отпустил удерживаемую фигуру, которая взлетела вверх по меньшей мере на двадцать футов, а затем безвольно шлёпнулась на землю. Махаут смотрел на это падение с выражением злорадства на лице, хотя Хоули мог и ошибиться из-за большого расстояния. Он отдал другую команду и кольнул слона в щёку — странным, резким тычком, после которого Раджа схватил чучело и посадил его себе на спину позади махаута, на то место, где обычно располагается хаудах. По команде индуса фигура снова была схвачена и подброшена в воздух.
Весьма озадаченный, Хоули проследил за несколькими повторениями этих странных трюков, но не смог разгадать, что это значило. Наконец махаут заметил его и поспешно направил слона прочь в джунгли, на противоположную сторону просеки. Очевидно, он не желал, чтобы его видели или расспрашивали. Хоули продолжил свою поездку в храм, по дороге размышляя над этим любопытным происшествием. В тот день он больше не видел махаута.
Тем же вечером он рассказал Мертону, о том что ему довелось увидеть, но его кузен уделил мало внимания этой истории, заявив, что никто не может понять, что делают туземцы и, в любом случае, не стоит удивляться никаким их действиям. Даже если можно найти объяснение, оно не стоило бы того.
