С 1929 г. Махно всё реже принимал участие в общественной деятельности. Организм сдавал позиции. «Что касается Махно, то он болеет, его называют «живой труп», и он появляется только для того, чтобы получить вспомоществование в Комитете помощи»[877], — докладывал полицейский информатор. В 1927 г. он разошёлся с Г. Кузьменко, но она продолжала помогать Махно в быту. Французский историк А. Скирда пишет: «Французские товарищи, видя материальные трудности и подорванное здоровье Махно, опубликовали в апреле 1929 г. в газете «Ле Либертэр» обращение «За долговременную солидарность в пользу Махно», в форме регулярного сбора средств по подписке, который позволил бы выплачивать небольшую пенсию инвалиду, прозванному тогда злыми языками «живым трупом». Был создан специальный комитет, секретарём которого назначен Надо. В газете «Ле Либертэр» регулярно публиковался отчёт. Так, на 20 июня 1929 г. собрано 7180 франков, из которых 3300 выплачено Махно, по 250 франков в неделю, что составляло скромную, но обеспечивавшую минимум, сумму. Комитет совершил грубую оплошность: только на оплату марок и отправку писем было истрачено 3880 фр.! Тем не менее, выплаты пенсии регулярно осуществлялись на протяжении более одного года, до съезда французской анархистской федерации в 1930 году, на котором поменялось большинство, и противники «Платформы» взяли верх над её сторонниками. Махно, хорошо известный как страстный «организационщик», направил открытое письмо съезду, в котором подверг суровой критике «антиплатформистов», назвав их «хаотическими элементами»»: «Во многих странах движение внутренне и внешне дезорганизовано и находится в разжиженном состоянии. Мы должны над этим подумать и вместе преодолеть эти трудности. Съезд в своих резолюциях должен подняться над детским лепетом тех, кто задерживает развитие нашего движения». Разумеется, такое отношение не прибавило ему симпатий со стороны нового большинства. С июля 1930 г. они объявили, что «Ле Либертэр» «прекращает заниматься сбором средств; тем, кто желает продолжить, предлагалось адресовать пожертвования непосредственно Махно по адресу Н. Михненко, ул. Дидро № 146 в Венсенне»[878]. Небольшие пожертвования товарищей помогали ему сводить концы с концами, потому что здоровье подводило не старое, но изношенное и израненное тело.
<p>3. Политическое завещание Махно</p>«Предательство» Аршинова стало тяжёлым ударом для Махно. Личные отношения со старым товарищем были разорваны, «платформизм», защите которого Махно посвятил несколько лет, дискредитирован. Эту битву батько проиграл. Но и те годы были прожиты не зря. Кризис радикального анархо-коммунизма позволил анархистской теории сделать ещё один шаг вперёд.
